Книга Монстр из Арденнского леса, страница 106 – Ника Элаф

– Да, – ответил она, тоже прямо глядя на него. – Рассказали. Про ту девушку из клуба, Сандрин Арно, которая сначала обвинила вас в нападении, а потом забрала заявление.

Деккер на секунду прикрыл глаза. Пальцы, вцепившиеся в руль, побелели.

– Понятно. И что же? – фыркнул он, но усмешка вышла горькой. Алис видела, как у него дернулся край рта. – Все, считаете меня чудовищем, которое притащило вас в лес, чтобы…

Он как будто хотел выговорить какое-то слово, но не смог, лишь сильнее стиснул руль.

– Я стараюсь не торопиться с выводами, как вы знаете, – спокойно произнесла Алис. От ощущения, что она и правда словно входит в темный и страшный лес вместе с чудовищем, отчаянно колотилось сердце. Но вместе с этим где-то глубоко внутри рождалось и странное ощущение радости – оттого, что она может говорить с Деккером прямо. И что он… отвечает ей. – Слишком мало данных. Я… хочу услышать вашу версию событий.

– Ну, раз вы уже знаете… и вам интересно… Это долгая история, – сказал он глухо, но твердо. – Если вкратце… у меня бывают проблемы с памятью. Блэкауты. Я выключаюсь из реальности, потом могу очнуться вообще в непонятном месте. И при этом понятия не имею, как там оказался. Все началось еще до Пари… до той неудачной операции DSU. После нее усугубилось, но это не следствие ПТСР, это всегда со мной было и связано… с особенностями психики. А с той девушкой… все случилось в клубе. Мне было семнадцать. Я выпил. Не помню сколько. Много. Там было душно, громкая музыка. Кажется, были еще какие-то таблетки. Помню, как вышел с ней из клуба, мы взяли такси. А очнулся уже дома, в своей кровати. Она плакала, показывала красные следы на шее и кричала, что я пытался ее задушить и не смог только потому, что отключился. Потом убежала, как есть, полураздетая… Вот, собственно, все, что я помню. Мать тогда замяла скандал, у нее вовсю шла предвыборная гонка, она считала, что эта история – дело рук конкурентов. В прессу ничего не просочилось, я был еще несовершеннолетним, так что…

Алис молча кивнула, понимая, что готова поверить. В то, что он и вправду не помнил. Что все дело лишь в блэкаутах, особенностях психики. Но это значило, что он мог сделать что-то с Одри и просто не знать об этом. Или с Пати Сапутрой, о которой тогда упомянула Анжелика…

Ей важно было знать. И тот Деккер, который пил с ней кофе и танцевал вальс; кормил ее шоколадом и дважды ловил, когда она теряла равновесие; который из-за нее набил морду старшему по званию; который смотрел на нее взглядом взволнованного василиска и никуда не убежал, хотя явно давно раскусил, что она ненормальная… этот Марк Деккер тоже имел право знать.

И Алис сделала то, что делала всегда, когда ей было страшно, – просто кинулась вперед навстречу опасности.

– С вами не случалось блэкаутов, когда исчезла Одри Ламбер? – спросила она прямо, хотя внутри все дрожало от волнения.

– Одри Ламбер? – Деккер повысил голос одновременно с возмущением и удивлением, но Алис была готова к такой реакции и уже не собиралась отступать.

– Да, Одри. Те сообщения отправили не из Брюсселя. А отсюда.

– Откуда вы это взяли, черт подери!

Он вытащил пачку, быстро сунул в рот сигарету и закурил, не отрывая от Алис темного непроницаемого взгляда. В полутьме салона машины его лицо выглядело очень бледным, и глаза казались совсем черными.