Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 145 – Юнь Хуянь

– Который из них Син Цишэн? – тихо спросил Хуянь Юнь у Ли Чжиюна.

Ли Чжиюн поискал и указал на место у стены в глубине. После увеличения изображения можно было разглядеть низкорослого полного мужчину с блестящим лицом и большой лысиной, который ел копченого лосося, накалывая его на вилку. Его взгляд был настороженным, словно он не хотел, чтобы его заметили. Время от времени мужчина бросал взгляд на телефон, будто ждал чьего-то звонка. Просмотрев запись в ускоренном режиме, Хуянь Юнь и Ли Чжиюн выяснили, что Син Цишэн все время сидел там один и ел. Около десяти минут девятого он получил звонок; судя по скорости ответа, именно его он и ждал. После разговора он поспешно расплатился и ушел.

Менеджер бара не удержался:

– Как же так, вы тоже проверяете этого человека?

– Не лезь не в свое дело! – Ли Чжиюн бросил на него суровый взгляд, затем наклонился к уху Хуянь Юня и сказал: – После происшествия полиция наверняка уже просматривала эти записи. – Так он намекал на то, что ничего ценного они не нашли.

Хуянь Юнь не обратил на него внимания и обратился к менеджеру:

– Чек за ужин этого человека с того вечера должен сохраниться в памяти кассового аппарата. Можете показать его мне?

Менеджеру ничего не оставалось, как снова отвести их в бар в холле и найти чек, который оплатил Син Цишэн. В нем было указано, что он заказал грибной крем-суп, салат из австралийской телятины, жареную гусиную печень, копченого лосося и ризотто с трюфелями на гарнир – это совпадало с заключением судмедэкспертов после вскрытия о содержимом его желудка.

– Вот обжора, – пробормотал Ли Чжиюн, заметил серьезное выражение лица Хуянь Юня и спросил: – Ты что-то обнаружил?

– Ничего.

– Если ничего, почему у тебя лицо как свинцом налито?

Хуянь Юнь вздохнул:

– Именно потому, что ничего. Все становится еще более странно.

С этими словами он направился к выходу. Ли Чжиюн в полном недоумении следовал за ним.

Они миновали группу статуй лотосов из белого мрамора перед главным корпусом и уже собирались выйти из главных ворот отеля «Хэфэн», как вдруг услышали, что кто-то зовет Ли Чжиюна по имени. Присмотревшись, он узнал Чай Юнцзиня.

Ли Чжиюн давно не виделся со старшим коллегой. Он подошел пожать ему руку и поздороваться, но Чай Юнцзинь все время странно косился на Хуянь Юня, а потом вдруг спросил:

– Юнь, а ты зачем сюда пришел?

Ли Чжиюн улыбнулся:

– Компания «Минъи PR» всегда была под крылом «Благотворительного фонда любящих сердец». После происшествия на Саошулин наше руководство в растерянности; оно велело мне через день наведываться сюда и докладывать вышестоящим о ситуации.

Чай Юнцзинь перебил его:

– Докладывать о ситуации? Зачем для докладов о ситуации брать с собой Хуянь Юня? – Ли Чжиюну стало неловко, а Чай Юнцзинь начал терять всякое дружелюбие: – Чжиюн, в уголовное расследование не могут вмешиваться посторонние, это правило ты знаешь. Ты наш товарищ, бывший следователь, так ведь? Если хочешь узнать об этом деле, я могу, не нарушая организационной дисциплины, раскрыть тебе кое-какую информацию, но если другие хотят поиграть в детектива, лучше им отправиться в комнату квестов!

Затем он повернулся к Хуянь Юню и холодно напомнил:

– Господин Хуянь, если бы ваш хороший друг десять лет назад не защищал Чжоу Липина, сейчас на Саошулин не лежало бы столько трупов. Скажу вам неприятную вещь: если руки Чжоу Липина запятнаны кровью, то Линь Сянмин подал ему нож. Будь я на вашем месте, я бы тихо сидел дома и размышлял о том, как плохо я выбирал друзей, а не выходил бы позориться. Двадцать первый век на дворе, даже в романах уже не пишут про «четыре великих детективных общества»^[24], а вы все еще изображаете из себя детектива Конана^[25]?!