Онлайн книга «Сожженные тела на станции Саошулин»
|
От его скорости дрожала земля! Го Сяофэнь не успела понять, что происходит, – Юэ Шао резко оттолкнул ее. Она упала на спину и в мелькающем перед глазами мире успела увидеть только фрагменты: Юэ Шао взлетел в воздух, несколько раз перевернулся и с ужасающим стуком рухнул на землю! Затем огромное чудовище исчезло за углом, издалека донесся его злобный смех-рев… Го Сяофэнь, опираясь на асфальт, с трудом поднялась на ноги и, пошатываясь, направилась к Юэ Шао. Мужчина лежал лицом вниз, его тело дрожало, словно через него пропускали ток. При каждом содрогании изо рта выплескивалась кровь, а когда перестала, пошла красная пена, образовав небольшую лужицу у уголка губ. – Учитель Юэ, учитель Юэ… – Го Сяофэнь упала на колени рядом с ним, кашляя и слабым голосом зовя его. Юэ Шао посмотрел на нее, улыбнулся и что-то прошептал. Го Сяофэнь наклонилась к его уху: – Не торопитесь, говорите медленее… – Верните их… Верните их всех обратно… – Я обещаю, я верну их, всех до единого, всех верну. Го Сяофэнь села и начала искать телефон, чтобы вызвать скорую помощь по номеру 120, но, видимо, телефон выпал из кармана, когда Юэ Шао толкнул ее, и она никак не могла его найти… Светофор погасил зеленый свет и зажег красный. Он растекся длинной полосой по асфальту. Го Сяофэнь неподвижно сидела на земле. Она знала, что телефон не найдется, а если и найдется, он разбит, и вызвать помощь не получится; знала, что вызывать помощь бесполезно: даже если скорая приедет, Юэ Шао уже не спасти; знала, что это не случайная авария – даже соблюдение правил дорожного движения не спасло бы их от смерти, ведь суть тьмы в том, чтобы поглощать все цвета, неважно, красный или зеленый… Глава 7 1 Под сильным давлением полиции и внутреннего руководства благотворительного фонда Тао Жояо наконец вернулась из Парижа. Сразу после приземления ее забрали детективы специальной следственной группы для срочного допроса в городском управлении. Возможно, учитывая ее положение, она никогда не бывала в подобной обстановке и не подвергалась такому обращению – Тао Жояо выглядела даже более растерянной, чем уличная проститутка при первом задержании. Не успел Линь Фэнчун задать и пары вопросов, как она соскользнула со стула на пол, схватилась за живот и закричала, что у нее начались месячные. Когда женщина-полицейский отвела ее в туалет, выяснилось, что ничего подобного нет. Вернувшись на допрос, она после нескольких вопросов заявила, что потеряла память и ничего не помнит, затем внезапно подняла брови, выщипанные в форме свиных хвостиков, и спросила полицию, чего они вообще хотят и на каком основании ее «ни с того ни с сего» арестовали, выпалила список имен, видимо, каких-то важных персон, и агрессивно спросила Линь Фэнчуна, знает ли он их. Когда тон Линь Фэнчуна стал более строгим, она разразилась рыданиями, размазывая сопли и слезы, рассказывая, какая она несчастная и невиновная, закатала рукав блузки, показывая тонкий красный шрам на руке, и поведала о неудачной попытке самоубийства в Париже. Видя, что полиция остается равнодушной, она вдруг стала кроткой, опустила голову и робко спросила, когда папа Тао Бин придет забрать ее отсюда, и на впалых щеках ее все еще блестели слезы… Когда помощник следователя написал карандашом на бумаге слово «инфантильная» и незаметно подвинул записку Линь Фэнчуну, тот не мог не кивнуть. |