Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 227 – Юнь Хуянь

Эти слова напомнили Сяо Чуньхуа что-то, и он спросил дочь Юэ Шао:

– Почему ты сегодня не в школе?

Не успела маленькая девочка ответить, как Ма Сяочжун, выпучив глаза, вышел со двора, осмотрелся и, увидев черную Kia, припаркованную у бамбуковой рощи за прудом, сразу побежал туда и вытащил из машины трех шестнадцати-семнадцатилетних подростков с крашенными в собачье-желтый цвет волосами.

– Ты чего делаешь?! – крикнул Ма Сяочжуну парень в узких штанах, тощий с головы до зада, с желтыми зубами и ужасным запахом изо рта.

Ма Сяочжун ударил его в живот «глухим ударом» – таким, каким опытные следователи бьют самых опасных преступников. Удар был быстрый, короткий, мощный, и место для него было выбрано очень точно, чтобы все внутренние органы мгновенно парализовало. Парень упал на землю, свернувшись в клубок, от боли он не мог даже застонать, только открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба.

Двое других парней бросились на помощь, но когда Ма Сяочжун вытащил из-за пояса блестящие наручники, они застыли в ужасе, не смея пошевелиться.

Ма Сяочжун надел наручники на лежащего парня, затем поднял подбородок и спросил двух других:

– Что вы здесь делаете?

Парни сказали, что ничего, мол, просто гуляют, на что Ма Сяочжун ядовито усмехнулся и указал на двор через пруд:

– Эта семья под защитой полиции, может, погуляете в другом месте?

Те двое парней испуганно сели в машину и умчались.

В этот момент подбежали Го Сяофэнь и Сяо Чуньхуа. Ма Сяочжун поднял парня с земли, бросил его на заднее сиденье Tucsonи сел рядом. Сяо Чуньхуа и Го Сяофэнь сели спереди, и вся компания поехала в город. Проезжая мимо двора, где остались только разваленные кирпичи и черепица, Го Сяофэнь попросила остановиться. Она вышла из машины, обошла двор, нашла среди обломков разбитую классную доску, на которой еще можно было разглядеть слабый серый след от мела, стертого сотни раз. Она долго сидела на корточках, глядя на эту доску, прежде чем положить ее обратно, встала, медленно осмотрела этот давно заброшенный двор, где даже дикая трава уже пожелтела, и вернулась в автомобиль.

– Что это за место? – поинтересовался Ма Сяочжун.

– «Детский дом Сянчжаншу», – сообщила Го Сяофэнь.

Неизвестно, что задело Ма Сяочжуна, но он влепил пощечину лежащему на сиденье парню:

– Вставай! Какого черта притворяешься мертвым!

Парень, держась за живот, медленно сел, на его лице, покрытом прыщами, отчетливо читался страх.

– Молодец, да? Караулишь у дома семьи погибшего, пугаешь его жену и ребенка до того, что они не могут выйти. Если об этом узнают наверху, с меня шкуру спустят. – Ма Сяочжун похлопал его по щеке. – Ну-ка, уважаемый, сделай одолжение, скажи, кто поручил тебе эту грязную работу, чтобы я мог отчитаться начальству и сохранить свое место.

– Мы правда просто гуляли… – тихо сказал панк.

– Отлично! – кивнул Ма Сяочжун и похлопал по плечу Сяо Чуньхуа, который вел машину. – На вокзал скоростных поездов, покажем этому товарищу большой мир.

– А? Мы не будем искать Дун Юэ? – Сяо Чуньхуа еще не понял его намерений, но Го Сяофэнь рядом быстро подмигнула ему, и он наконец сообразил.

– Не будем, этого одного достаточно для отчета, – ухмыляясь, кивнул Ма Сяочжун.

– Я… Я хочу найти маму! – взмолился парень.

– Забудь про маму, у нас там тебе обеспечат триста шестьдесят пять дней в году, каждый день будешь ее звать, – процедил Ма Сяочжун, заложив руки за голову.