Книга Проклятие Желтого императора, страница 240 – Юнь Хуянь

После того как сборы закончились, все разъехались по домам. Перед началом учебного года проводили переэкзаменовку для тех учащихся, кто не набрал проходного балла по какому-либо предмету. В моем случае это был английский. Когда я, стыдливо опустив голову, вошел в класс, то услышал радостные приветствия и аплодисменты, а подняв глаза, я заметил, что в аудитории было немало моих друзей из отряда рукопашного боя. Все они попали в число отстающих. В этот миг я горько вздохнул, убедившись в справедливости древней пословицы «Сила есть, ума не надо», и втайне восхитился, каким все-таки метким глазом обладал инструктор, с самого начала отобравший нас среди прочих.

После этого наша дружба крепла с каждым днем. Мы не только расхаживали по кампусу, обняв друг друга за плечи и громко галдя, но даже на обед в столовую приходили всей компанией. Только тот высокий худой парень держался особняком. Его однокурсники с факультета биохимии рассказывали, что он очень странный и из-за этого часто попадает в разные истории. Я и сам был не без странностей и, когда понял, что его поведение еще хуже укладывается в общепринятые нормы, проникся к нему симпатией. Я узнал, что его имя Хуан Цзинфэн, и с тех пор сам всегда при встрече кивком головы приветствовал его. Так мы и познакомились. Когда удавалось перекинуться с ним парой фраз, всякий раз у меня появлялось чувство, что Хуан Цзинфэн не по годам равнодушно относится ко всему происходящему; я хоть и частенько расстраивался по поводу и без повода, но все же принадлежал к тем людям, которые, стоит на миг показаться солнцу, снова радуются жизни, а он, похоже, был мхом, от природы предпочитающим ютиться в темных уголках. Мы были слишком разными по характеру и поэтому так и не стали близкими друзьями.

На третьем курсе Хуан Цзинфэн появился в университете с головой, обмотанной в несколько слоев белой тканью. Он и так был высокого роста, а в таком уборе напоминал простой карандаш со стирательной резинкой на конце. Болтаясь в таком виде туда-сюда по кампусу, он непременно привлекал к себе внимание. Рассказывали, что он вместе с однокурсниками отправился на рынок «Чжунгуаньцунь»^[114], чтобы там купить какие-то запчасти для компьютера. Никто толком не знает, что случилось, но однокурсники Хуан Цзинфэна ввязались в драку, численный перевес в которой был на стороне противника. Хуан Цзинфэн в этот момент находился у другого прилавка, но увидев, что обижают его друзей, со всех ног бросился им на помощь. Но малым числом не выстоять против толпы, силы оказались неравны, и Хуан Цзинфэна сбили с ног. Упав на землю, он своим телом закрывал однокурсников, в результате никто из них не получил ни царапины, а Хуан Цзинфэну разбили голову… Благодаря этому случаю он стал известен в университете; некоторые считали его верным другом, но большинство посмеивалось над его опрометчивым поступком: не смог превратить большую проблему в маленькую, а маленькую вовсе свести на нет, сам не справился – значит, сам и виноват.

Приблизительно в это же время рядом с ним появилась девушка. Я совсем не запомнил ее лица, помню только, что она была невысокого роста, тоже очень худая, тоже неразговорчивая и неулыбчивая. Когда они шли рядом, то с любой стороны, взгляни хоть спереди, хоть сзади, смотрелись двумя одинаковыми сгустками уныния.