Книга Кавказский рубеж, страница 124 – Михаил Дорин

— Вышли вправо, — произнёс я, отворачивая от цели.

Тут же отработал и ведомый, а за ним и остальные.

— 317-й, 210-й готовы к высадке, — вышел на связь ведущий «восьмёрок».

— А мы нет, — спокойно ответил я.

Осталось «подавить» ещё пару огневых точек. Но они слишком близко к жилому сектору.

— Аппаратура? — спросил я.

— Готова, Саныч.

— Наблюдаешь на окраине «коробочку»?

— Точно так. Навожусь.

Авианаводчик предупредил, что на окраине не только «броня», но и один из зенитных ракетно-пушечных комплексов «Тунгуска».

Это самый опасный момент. Надо пускать ракету на максимальной дальности. Иначе одна из ракет «Тунгуски» нас уничтожит сразу. Вертолёт сейчас идеальная мишень.

— Держи, командир… Ещё немного… Марка на цели, — бормотал оператор.

Я чувствовал, как по фюзеляжу что-то ударило снизу. Но вертолёт управляется. И пока мы близко к земле, шансы есть.

Ещё одна очередь из крупнокалиберного пулемёта, но всё мимо.

— Пуск!

Вертолёт качнуло. Огненная «сигара», как ещё называют нашу ПТУР «Штурм», сорвалась с направляющей и устремилась к позиции «Тунгуски». И тут Секунды растянулись в вечность.

Я видел, как ракета, повинуясь командам Лёхи, чуть довернула и влетела точно в аккуратно замаскированную позицию комплекса.

Взрыв был мощным. В воздух подлетели обломки.

— Есть, — выдохнул Лёха.

Я быстро осмотрел площадку, куда должны были высадить группу Трофимова. Всё было зачищено, а в остальном мы будем прикрывать, если появятся новые угрозы.

— 210-й, готово. Подход разрешил, — скомандовал я.

Ми-8, висевшие над водой, рванули к берегу. Через пару минут они уже садились на поле перед дорогой. Винты поднимали тучи пыли и сухой травы. Сдвижные двери открыли ещё до касания земли. А у одного вертолёта и вовсе были сняты грузовые створки.

— Ух, ё! А я такое и не видел у них, — удивился Лёха, заметив, как два квадроцикла выехали из грузовой кабины и сразу устремились к дороге.

Такие я видел несколько лет назад в Африке. Весьма удобная вещь от завода имени Малышева. А с пулемётом и АГС-17, установленными на этих «малютках», так и вовсе не заменимая штука.

Мы продолжали кружить сверху, прикрывая высадку. Бойцы в камуфляже «бутан» спрыгивали с вертолётов и тут же занимали оборону.

Я бросил взгляд в сторону моря. Там по-прежнему не видно никаких кораблей. Только серая вода и рваная дымка.

— Командир, а где флот? Где баржи? — спросил Яковлев по внутренней связи.

— Тоже не вижу.

Десантников на берегу было мало. Слишком мало для удержания стратегической трассы. Четыре вертолёта высадили от силы человек шестьдесят.

— 202-й, остаток? — запросил я количествотоплива у Беслана.

— Минут на 40 ещё.

— Понял. У меня чуть больше, — ответил я.

Прошло минут 15, как в наушниках зазвучал голос Трофимова.

— 317-й, я «Кама-1». Колонна техники со стороны Очамчиры. Танки и грузовики.

— 317-й, Архару. Со стороны Сухума тоже наблюдаю, — прозвучал голос авианаводчика.

— Идут коробочки, — выдохнул Лёха.

Я посмотрел на дорогу, тянувшуюся вдоль побережья. Там и правда надвигались две колонны техники. Ещё одна, она же третья двигалась со стороны Ткуарчала.

Похоже, что наш десант оказался в клещах ещё до того, как успел окопаться. А помощи с моря всё не было.

— 202-й работаем, — громко сказал я, закладывая крутой вираж в сторону группы, идущей со стороны Очамчиры.