Книга Африканский рубеж, страница 130 – Михаил Дорин

Другая компания молодых ребят собралась за моей спиной. Они смеялись и обсуждали какую-то дискотеку в ДК.

Меня накрыло обыкновенное чувство раздвоенности. Я был здесь, в этом душном вагоне, но часть меня всё ещё сидела в кабине Ми-24. Обыкновенное восприятие мирной жизни, когда ты возвращаешься с войны. И чем раньше ты поймёшь, что она уже где-то далеко, тем лучше. Мнимый переключатель в голове перещёлкнул, когда я увидел знакомые очертания Торска за окном.

Состав начал плавно сбавлять ход. Знакомая вибрация пробежала по вагону, и скрип тормозных колодок возвестил о приближении к конечному пункту.

Перед глазами промелькнула излучина Тверцы, блеснув на солнце серебряными бликами. Чуть дальше показались и маковки церквей. Старинный, купеческий город встречал меня своими деревянными домиками с резными наличниками, утопающими в зелени садов, а также более современными хрущёвкамии девятиэтажками.

Я не стал дожидаться остановки и пошёл в тамбур, подхватив спортивную сумку. Она оттянула плечо небольшой тяжестью. Не такой, как бронежилет, но ощутимой. Всё же, я не мог не привезти гостинцев Антонине.

Поезд остановился. Двери с шипением разъехались, и я спустился на низкую платформу.

В нос ударил ни с чем не сравнимый резкий аромат креозота от нагретых солнцем шпал, пыль привокзальной площади и сладковатый дух цветущей липы. Вокзал Торска — небольшое одноэтажное здание, выкрашенное в жёлтый цвет. На платформе суетились люди. Несколько дачников с вёдрами, полными смородины, обсуждали последние новости своего дачного кооператива. Ещё пару человек внимательно читали расписание ближайших электричек.

Ещё двое ребят в форме десантников. Плечистые, в сапогах, натёртых до уровня зеркала и сильно загорелые. Один, с перевязанной рукой, пытался подкурить сигарету. Второй, поставив чемодан на землю, ему в этом охотно помогал. У обоих ребят на левой стороне груди поблёскивали медали «За отвагу», а на правой — знак «Воину-интернационалисту». Всё же война в Афганистане уже подошла к концу. Но это только официально. Как я вижу, ребятам пришлось повоевать.

Я вдохнул полной грудью горячий, но такой вкусный воздух. Только я сделал шаг, как меня остановили.

— Товарищ военный! Вы нам не поможете? — прозвучал за спиной женский голос.

Я обернулся и увидел совсем юную девушку в лёгком платье с небольшой сумкой. Девушка держала за руку молодого лейтенанта. Да так сильно вцепилась, что у него ладонь побелела. Сам молодой офицер был невысокого роста, в фуражке, на размер большей, чем ему нужно, и с эмблемами ВВС на погонах. На кителе красовался значок «Воина-спортсмена» и ромбик об окончании училища. С лица ещё даже не все юношеские прыщи сошли.

— Света, прекрати. Я сам всё решу, — зашипел парень на девушку.

— Ну вот же мужчина. У него же на лице написано, что он военный.

Я улыбнулся, услышав подобное рассуждение, основанное на женской логике.

— А вы догадливая девушка! Прибыли к новому месту службы? — спросил я, протягивая руку лейтенанту.

— Я… ну да. Вернее, так точно! — вытянулся паренёк.

— Давай без гимнастики. Так ты куда прибыл, лейтенант?

— В Центр Армейской авиации.

— Это хорошо. Чем помочь?

— Да мы не знаем, кудаи как добираться. Сегодня воскресенье тем более.

Я покачал головой и позвал молодую семью за собой.