Книга Африканский рубеж, страница 2 – Михаил Дорин

В итоге лагеря подготовки духов теперь либо далеко от Афганистана, либо вообще переместились в другие страны. Но каждый месяц интенсивность боевых вылетов снижается. И это хорошо.

Пока мы шли к вертолёту, Кеша потянулся к нагрудному карману, чтобы показать мне что-то интересное.

— Лена фотографию детей прислала. Растут большими и на меня похожи, — улыбался Петров, доставая из фото.

Он протянул его мне, чтобы я посмотрел. На фотографии жена Кеши с детьми, ползающими на четвереньках. Как же быстро растут карапузы! На душе было приятно видеть будущее поколение Петровых.

— Хорошие растут. Любознательные, — указал я на одного из близнецов, который кусал неваляшку.

Вернусь в Союз и пора бы нам с Антониной узаконить отношения. Перейти так сказать на новый уровень. Годы идут, и понимаю, что тоже хочу детей.

С каждым шагом подошва кроссовок горела всё сильнее, а расстояние до нашего вертолёта всё меньше. Вокруг Ми-24 без опознавательных знаков и номера борта, сейчас крутилось намного больше людей, чем рядом с другими.

— Смотрю на эти две штуки и удивляюсь. Нам бы ещё атомную бомбу подвесили, — произнёс Кеша, оценивая размер ракет, которыенам нужно сегодня опробовать.

На балочных держателях вертолёта поблёскивали длинные, тяжёлые трубы — новые С-25В в пусковых контейнерах. По одной на каждом полукрыле. Даже неподготовленному взгляду они казались слишком громоздкими для «шмеля».

— Не ворчи. Ракеты мощные, серьёзные. Могут разворотить бетонные укрепления на раз-два. Ты ведь знаешь, куда мы летим? — сказал я Кеше и он кивнул.

— Как сказал Свиридов — бьют точно и ровно… в сторону ближайшей горы.

— Вот и проверим.

Мы подошли к вертолёту, когда техники ещё заканчивали подготовку. Кеша отошёл в сторону, чтобы… «избавиться» от ненужного количества «жидкости», а я продолжил смотреть по сторонам.

Горячий афганский воздух вился над бетонкой Джелалабада дрожащими волнами. Солнце било в глаза так, что даже очки «Авиатор» не спасали от белого света, отражавшегося от жёлтой пыли. На такой жаре любое касание фюзеляжа ладонью могло привести к ожогу.

— Сан Саныч, вертолёт готов. Ракеты подвешены, — доложил мне бортовой техник Сергей.

Его мы в полёт не брали, чтобы оградить от необязательного риска. Так что наш бортач занимался исключительно подготовкой вертолёта к вылету.

Из-за спины Сергея вышел инженер по вооружению нашей отдельной эскадрильи и пожал каждому руку.

— Мужики, оружие мощное, доработанное. Должно пробивать скальные укрытия…

— Должно? — уточнил я.

— Ну, на полигоне лётчик попал в мишень типа «танк». От него нашли только часть башни.

— Не самый характерный показатель. А с укрытиями как обстояли дела? — спросил уже Кеша.

Инженер по вооружению задумался и подозвал на помощь представителя Испытательного Центра во Владимирске.

— Что? Кого? Чего? — подошёл к нам молодой парень, дёргая головой вперёд и назад.

— Чему? Почём? Зачем? — улыбнулся Кеша, посмотрев на меня.

— Во Владимирске все такие. Творческие работники, — ответил я и пожал руку подошедшему парню. — Так что там с поражением укрытий.

— Сан Саныч, всё хорошо. А для укрытий не очень. По итогам пусков, ракета уверенно поражает самолёт в укрытии, пробивая метровую толщу железобетонной обшивки «ангара» и 3–4 метра грунтовой насыпи.

Серьёзная заявка! Я ещё раз глянул на С-25В. По внешнему виду они напоминают неуправляемые ракеты С-25 из моего прошлого, но их активно не ставили на вертолёты. Опробовалипару раз, и всё. Слишком мощные!