Книга Африканский рубеж, страница 45 – Михаил Дорин

Через минуту двое «воришек» что-то перебросили солдатам через забор и быстро убежали к дырке в нескольких метрах от них.

— Гоняют, говорите? — спросил я.

— У меня нет этому объяснений, — ответил замполит.

— Наши вертолёты кто охраняет? — спросил я.

— Наш взвод охраны. Стерегут только нашу стоянку.

Я ещё раз осмотрел всё вокруг и остановил свой взгляд на здании пассажирского терминала. Представлял он из себя бетонную коробку с огромными, мутными от пыли и влаги окнами, плоской крышей и облупившейся белой краской, под которой проступали серые пятна плесени. Над входом висела вывеска «Freetown International Airport», где несколько букв отвалилось.

— Вот так и живём. Тут рейсы и в Брюссель, и в Париж, и в Москву, — заключил замполит, показывая на аэропорт.

Мы уже почти дошли до модуля, служившего штабом нашей авиагруппы, когда нам навстречу быстрым шагом вышел молодой парень и начал докладывать.

— Товарищ… эм… лейтенант Трачук. Я исполняю… исполняю…

Я прокашлялся, остановив нервные потуги лейтенанта доложить.

— Вольно. Кто он? — спросил я у замполита.

— Как бы так сказать. Начальник штаба, строевого отдела, отдела кадров, переводчик, секретарь и прочее.

— И певец, и на дуде игрец? — повернулся я к Трачуку.

— Как вы догадались? Я в детстве ходил в музыкальную школу. Могу на гитаре играть.

— Ладно. Главное на нервах не играй. Давайте все договоримся,что без строевизации. Обстановка здесь непонятная. Подвох можно ждать отовсюду. Всех настроить, что дальше здания аэропорта никому не ходить, чтобы не попадать впросак. Все знают, что это такое? — спросил я.

Все медленно кивнули, но молодой лейтенант решил «блеснуть» эрудицией.

— А я знаю. Это расстояние между женской попой и… — начал говорить лейтенант, но тут же нарвался на грозный взгляд замполита.

Я улыбнулся и покачал головой. Похоже, что моя мысль в вертолёте была верной — днём тут весело.

— Мне всегда казалось, что впросак — это нечто иное. Но в целом, направление верное, — похлопал я по плечу Трачука и вошёл в модуль.

Одежду мне выдали, как и лётное снаряжение. Комбинезон из Номэкса ожидать не стоило, но мне перепало новое лётное обмундирование расцветки «Бутан».

Оружие я тоже получил и сразу же оставил его в специальной пирамиде, где хранилось и оружие остальных лётчиков. Свой жилет я, само собой, «оставил» в горах Афганистана, так что пришлось найти себе разгрузку на первое время.

И надо же, мне повезло раздобыть у взвода охраны кроссовки «Кимры» и китайский нагрудник с карманами под магазины. Я пообещал, что с рынка Фритауна обязательно достану что-то взамен выданного мне обмундирования.

В течение двух часов я привёл себя в порядок, умылся и пошёл к доктору, который меня осмотрел. При столь высокой влажности и моих затянувшихся болячках нужен глаз да глаз за здоровьем.

Из представителей медицины на базе был только один доктор. Его рабочий кабинет и место жительства было в том самом «штабном» модуле.

Выглядел он намного старше меня, а говорил настолько медленно, что засыпал чуть ли не после каждого предложения. Имя и звания тоже весьма колоритные — майор медицинской службы Лев Маркович Рабинсон.

— Итак, жалобы есть? — спросил у меня Лев Маркович, широко зевая.

— Нет. Как вообще обстановка со здоровьем в авиагруппе?

— Пациенты таки прут косяком, Александр Александрович, — покачал головой доктор, записывая меня в свой журнал.