Книга Африканский рубеж, страница 79 – Михаил Дорин

— Не полк конечно, но и не пара. «Кобры» и «Блэк Хоук», — ответил Виталий.

— Любишь ты, Иваныч, вовремя всё преподнести, — ответил я.

— Есть предложения?

Я посмотрел на группу из двадцати бойцов, которые грузились в Ми-8. Это не то количество, чтобы отбросить наступающих боевиков Объединённого Революционного фронта.

— Надо поддержать тех, кто обороняет Конте, — сказал я.

— В районе Макени тоже идёт атака. Так что у нас не получится снять оттуда…

— Деревню защищают от силы тридцать человек. Из них только одиннадцать знают как держать оружие. Я уж не говорю о том, что у них его немного.

— Поэтому я и предлагаю высадиться мне с группой рядом с деревней, а потом вы продолжите наносить удары по противнику.

— Разумно. Тогда удачи, — пожал я руку и Виталий убежал к Ми-8.

Я же пошёл к вертолёту, надевая на ходу шлем.

Молодой Беслан Аркаев уже сидел в передней кабине с опущенной головой и что-то рассматривал на коленке.

— Готов? — подошёл я к нему, облокотившись на фюзеляж.

Аркаев быстро что-то убрал в наколенный планшет, прищемив при этом палец.

— Ай, блин! — воскликнул он, замотав рукой от пронзившей боли. — Готов, командир. Маршрут изучил. С кабиной разобрался…

— Угу. А что прячешь? — кивнул я в сторону планшета.

— Да тут… вот в общем.

Беслан открыл планшет, и на первой вкладке лежала маленькая иконка с изображением Святого Георгия.

— Мама перед командировкой дала, — ответил Беслан, опустив глаза.

— Человеку нельзя без веры. Так что, не стесняйся. Давно уже не то время, чтобы стесняться веры.

— Вы сами верующий?

— В окопахатеистов нет, — улыбнулся я.

Техник вертолёта доложил о готовности машины, и я пошёл занимать место в кабине.

Я надел парашют и посмотрел по сторонам. Экипаж Ми-8 уже занял свои места и махал мне. Техник стоял перед вертолётом, готовясь контролировать запуск.

— 102-й, 1-му на связь, — запросил я в эфир.

— Готов к запуску.

— Понял. Запуск группе.

Двигатели загудели, и лопасти начали быстро раскручиваться. Воздух над бетоном стоянки будто бы дрожал от наступающей жары.

— Давление в норме… температура растёт, — проговорил я по внутренней связи.

Когда запустился второй двигатель, я показал технику, что всё в норме. Парень в синем потёртом комбинезоне приложил руку к голове, накрытой панамой, и ушёл в сторону.

На соседней стоянке уже запустился Ми-8 с группой Казанова. Лопасти несущего винта вертолёта начали складываться в конус, когда экипаж выполнял контрольное висение.

— 1-й, контрольное выполнил. Готов к взлёту, — передал мой ведомый в эфир.

— Понял, 2-й. Внимание! Взлёт, — дал я команду.

Ми-8 поднялся первым. Тяжёлый, с десантом на борту, он отходил плавно, будто боялся задеть землю. Я поднял рычаг шаг-газ и Ми-24 вздрогнул. Секунда, и вертолёт оторвался от поверхности стоянки. Тут же я наклонил нос. Бетонка начала «убегать» всё быстрее и быстрее.

— Пристроился слева, — сообщил я ведомому, обогнав его.

— Принял. Курс 50, скорость 180, — доложил он.

Я начал выполнять разворот влево. Низкое и яркое солнце сразу же ударило в глаза, словно специально мешало нам выйти в район работы. Ландшафт под нами менялся быстро: холмы, густой лес, серые извилистые реки.

Через несколько минут полёта эфир ожил.

— Наблюдаю разрыв! Ухожу вправо, — разобрал я голос Марата.

— Вижу позицию. Атакую, — доложил его ведомый.