Книга Сирийский рубеж 2, страница 101 – Михаил Дорин

— Сашенька, не стой на холодном кафеле босиком. Иначе простудишься.

— Да что вы говорите. Жара стоит невыносимая. Тут как бы тепловой удар не получить, а ты про простуду.

Через пару минут мы уже были собраны.

Поцеловав Тосю, я вышел из процедурной, не скрывая радостной и довольной улыбки. Только открыл дверь, как пришлось ощутить на себе всю «прелесть» воинского звания майор.

— Здравия желаю, товарищ майор! — громко поздоровался со мной лейтенант Могилкин.

Тот самый, которого Тобольский отчитывал недавно за полёт. По делу, конечно. Сейчас этот самый Могилкин подскочил со стула в коридоре, чтобы меня поприветствовать. Однако, что-то этот парень прятал за спиной.

— Могилкин, ёптить! Чего кричишь? Как здоровье?

— Хорошо.

— Ну, раз хорошо, чего в госпитале делаешь?

— Меня на предполётном осмотре отстранили.Вон что нашли, — повернулся ко мне спиной лейтенант.

У Могилкина на шее был огромный фурункул. Обычно проблемы с большими прыщами решаются в подразделениях самостоятельно. Но в случае с лейтенантом доктор проявил принципиальность. Да и размер у фурункула весьма немаленький.

А меня больше привлекло то, что парень был с цветами.

— Серьёзная заявка на пару-тройку дней в госпитале. А цветочки кому?

Глаза у Могилкина забегали. На секунду мне показалось, что это для…

— Для медсестры. Викой её зовут.

Ой, и повезло же тебе, Могилкин! Оказывается, понравилась ему та девушка, что меня у вертолёта встретила.

— Тогда тебе не в эту дверь. Посмотри в другой перевязочной. Там и выдавишь свой… прыщ, — показал я ему на другую дверь.

Лейтенант кивнул и прошёл мимо меня. Но просто так мне не хотелось уходить от Антонины. Аппетит пришёл во время еды, как говорится.

Я повернулся к двери процедурной, чтобы войти к Тосе снова.

И тут мой взгляд зацепился за букет цветов у лейтенанта в руках. Что-то с ним не так.

— Могилкин, а ну-ка покажи, что у тебя за цветочки? — спросил я.

Лейтенант обрадовался и подошёл ближе. Цветы у него были похожи на розы с малиновым оттенком.

— Это гибискус сирийский. Растение семейства мальмовых. Оно…

— Понял, что ты ботанику учил не меньше, чем навигацию, — остановил я лейтенанта и быстро пересчитал цветы.

— Что-то не так?

— Конечно. Кроме ботаники, надо было тебе ещё и математику учить. Сколько цветочков ты нарвал?

— Вроде девять. А тут… десять, — расстроился Могилкин и быстро вытащил один цветок.

— Другое дело, — ответил я ему и взялся за ручку Тосиного кабинета.

— Сан Саныч, а возьмите у меня три цветка. Ну, тоже подарите медсестре. Вы же не женаты.

— Есть грешок. А за цветы, спасибо. Давай сюда эти гибискусы.

Я взял у Могилкина цветы, ещё раз поблагодарил его и медленно вошёл в перевязочную. Тося стояла ко мне спиной, перебирая медикаменты в шкафу.

— Если вы на перевязку, то нужно подождать. Сейчас другая медсестра подойдёт, — устало проговорила Антонина, не поворачиваясь в мою сторону.

Чтобы в этот раз моя девушка не переживала, я аккуратно защёлкнул замок. Тося внимание не обратила.

Её волосы были распущены и аккуратно лежали на плечах. Халат был слегка помят, но выглядел опрятно.

Я подошёл к ней со спины, чтобы обнять и показать цветы.

— Подождите в коридоре… ой! — воскликнула Тося, когда я дотронулся до её талии и протянул цветы.

— Мне другая медсестра не нужна, — ответил я и поцеловал её в шею.