Книга Сирийский рубеж 2, страница 105 – Михаил Дорин

Буквально с порога, заму командира корпуса не понравилось, что никто из техсостава не соблюдает форму одежды. Правда тут же всё встало на свои места — Мулин спутал военных техников с гражданскими.

— Здравия желаю, Антон Юрьевич, — поприветствовал Тобольский полковника.

— Доброе утро. Как обстановка? Знакомитесь? — поздоровался Мулин с Олегом Игоревичем.

— Да мы уже знакомы с этими вертолётами.

— Кто мы?

— Ну как же?! Вон мой ведомый. Майор Клюковкин.

Я оторвал взгляд от табло системы экран и пошёл в направлении полковника.

— Здравия желаю, товарищ полковник, — уважительно поприветствовал я Мулина, но с его стороны такого не наблюдалось.

Заместитель командира корпуса цокнул и нехотя протянул мне руку.

— Вылечились? Так быстро? — спросил Антон Юрьевич.

— Так точно. Готов к работе.

— Это радует. Сегодня проведём совещание по этому поводу. Есть уже спектр задач, которые ваша группа «Конус» будет отрабатывать в ходе испытаний в боевой обстановке, — сказал Мулин и развернулся к выходу из ангара.

Чего приходил, непонятно. Только настроение людям испортил.

— Ля на него. Как обычно чи доволен, чи нет, — рассуждал Иван Акимович.

— И часто приходит? — спросил я.

— Каждый день. Зайдёт, ни здрасте, ни доброго утра. Хоть бы к вертолёту одному подошёл да посмотрел.

Акимович при этих словах погладил фюзеляж Ка-50, будто это и не вертолёт, а домашний кот. Вот что значит, когда люди относятся к технике как к живой.

После осмотра Ка-50, мы с Тобольским прогулялись в соседнее укрытие, где были спрятаны Ми-28, которые будут осуществлять прикрытие наших вертолётов. Здесь уже вовсю работали наши подчинённые из числа лётчиков эскадрильи. И работали шумно!

Громче всех, разумеется, были два брата «по-разному» Рашид и Рубен.

— Командир, я вот что подумал… — шёл за мной Рашид, когда я осматривал один из Ми-28.

— Эй, не надо, слышишь. Эти твои «голововозбуждения» Сан Санычу ни к чему, — останавливал его Рубен.

Под «голововозбуждением», как я думал, имелось в виду умозаключение.

— Рубенчик, дай послушаю Рашида, — спокойно сказал я, отвлекаясь от осмотра рулевого винта вертолёта.

Рашид прокашлялся, собираясьс мыслями.

— Мы тут мясо взяли у местных. Хорошее. А оно оказалось свининой. Вот скажи, почему мусульманин продаёт свинину?

— А почему не может? — уточнил я.

Тут взорвался Рубен.

— Командир, я вот то же самое ему и говорю. А он мне не может! Мол, ему свиньи снятся.

— Так почему не может, Рашид? — уточнил я.

— Так мне мулла в нашей деревне так рассказывал. Говорит, пророк запрещает и свиней, и деньги за них. И снятся нам свиньи, потому что они всех задолбали окончательно!

Я переглянулся с Рубеном. Какой-то не сильно праведный человек оказался этот мулла.

— Погоди, что мулла с нашей деревни так и сказал — «задолбали»? — спросил Рубен.

— Да. Мулла — он хоть святой человек, но жизненный. Всё как есть говорит.

В общем и целом пришли к тому, что если очень хочется, то свинину можно. Ночью, в помещении и совсем немного.

Разобравшись со «свиньями» и состоянием вертолётов прикрытия, мы отправились на постановку задач. Войдя в класс, я заметил несколько человек, одетых в совсем новые песочные комбинезоны. Это оказался экипаж Як-44, который будет с нами работать.

Ребята оказались испытателями из конструкторского бюро Яковлева. Для них эта командировка весьма определяющая. По сути — боевое крещение для нового самолёта.