Книга Сирийский рубеж 2, страница 40 – Михаил Дорин

— Товарищ… старший лейтенант! —вспомнил я воинское звание Евгения Ивановича. — Представляюсь по случаю первого самостоятельного вылета на вертолёте В-80!

— Поздравляю! Оценка «отлично», — ответил мне Ларюшин и приобнял за плечи.

Я принял ещё несколько поздравлений, в том числе и от командира полка и начальника Центра. Сигареты раздал всем, так что карманы у меня были пусты.

Последняя пачка ушла технику, выпускавшему меня в полёт.

— Спасибо, — поблагодарил он меня.

— Спасибо за матчасть, — ответил я и подошёл к вертолёту.

Аккуратно провёл рукой по фюзеляжу, ощущая тепло от нагретой солнцем поверхности. Да, сомнения в этом вертолёте есть, но он должен сыграть свою роль в создании двухместного Ка-52. Надеюсь, его появление не за горами.

А вечером я собрал всех моих товарищей по Сирии дома. Пришёл Кеша с подругой Леной, Зотов с супругой Светой и пара инженеров. Решили отметить командировку, которая закончилась уже давно. А также был ещё один повод — нам были недавно вручены ордена и медали. Теперь уже от имени Советского Союза.

Их обмывали ещё в части, но сейчас тоже вспомнили про них.

Собрать парней решил у себя в квартире. В Торске началась пора дождей, так что на природе не посидишь.

Стол быстро накрыли. Скромно, по-советски. Блюда были самые простые. Пару салатов, картошка варёная. К ним полагались котлеты и курица с подливкой. Ну и разная закуска от кильки и балыка до нежного сала с соленьями. Из напитков — компот, шампанское «Советское» и коньяк «Московский».

— Так, все собрались, — объявил я, поднимаясь со своего места и осматривая присутствующих.

— Саныч, тебе слово. Как четырёхкратному «краснозвёзднику», — сказал Кеша, намекая, что мне вновь был вручён орден Красной Звезды.

Четвёртый по счёту. В моём случае у командования была своя логика, почему именно этот орден.

— Не отвлекай, — толкнула его девушка, которая к слову, была ещё и подругой Тоси.

Петров тут же поцеловал любимую в щёку и настроился на меня.

— Товарищи, братья по небу и земле, боевые подруги. Давайте выпьем за то, чтобы чаще собираться. Как минимум в таком составе.

Чокнулись бокалами и выпили.

— Сан Саныч, а почему опять «Красная звезда»? Ты на рекорд идёшь? — спросил у меня Зотов, обнимая супругу.

— Не знаю. Мне этот орден нравится, как и все остальные награды. Я бысказал, что горжусь ими, — ответил я и убрал коробку с орденом в шкаф.

— Блин, ну четыре ордена! Почему не «Красного знамени»? — удивился Кеша.

Ему тоже досталась такая же награда, как и Зотову. Нашим коллегам испытателям были вручены ордена Красного Знамени, а по Занину и Лагойко информации не было. У них своё ведомство.

— Кеша, Родина сказала «Красная звезда», значит, так и будет, — ответил я.

Пока продолжалось застолье, подруга Петрова часто спрашивала, как Тося, и пишу ли я ей.

— Да. Три письма отправил. Вот жду ответ. Пока дойдут…

— Эх, я так рада, что у вас всё хорошо. Она так за тебя переживала, — сказала Лена.

Тут в дверь позвонили. Мысль была такая, что может действительно пришло письмо от Тоси. Сегодня день такой везучий и хороший.

— Саша, это точно письмо! — воскликнула подруга Кеши.

— Пойду и проверю, — ответил я.

В комнате решили сделать погромче музыку. Мелодии и ритмы итальянской эстрады звучали весело и энергично. Пока я шёл к двери, Рикки и Повери пели про «Маму Марию» и все хором им подпевали.