Книга Сирийский рубеж 2, страница 55 – Михаил Дорин

— Я ещё пять секунд выдерживаю, и мы уходим, — ответил мой командир.

Замполит прокашлялся и продолжил инструктировать. Тут у Тобольского и закончился период ожидания.

— Теперь о курении на аэродроме…

— Я прошу прощения, товарищ подполковник. Вы не хотите нам представиться? — перебил его Олег Игоревич.

Стоявший за спиной замполита подполковник подошёл ближе.

— Какое это имеет значение, товарищ…

— Тобольский. Звание моё подполковник,и я старший этой группы. У меня был приказ прибыть на аэродром Тифор, что мы и сделали. Теперь потрудитесь нам представиться.

— Я закончу инструктаж, а потом…

— Действительно, потом. Внимание! Группа, разойтись! Вещи собрать и всем к зданию высотного снаряжения. Клюковкин со мной, — дал мне команду Тобольский.

Замполит попытался что-то возразить, но его остановил стоявший за спиной подполковник. Тобольский и я подошли к нему, чтобы поздороваться.

— Небольшое недопонимание у нас возникло. Подполковник Бунтов Леонид Викторович — командир будущего смешанного авиационного полка, — поздоровался он со мной, а затем и с Тобольским.

Бунтов выглядел хмурым, а его слегка седые виски можно было разглядеть и в свете фонарей.

Мы поочерёдно представились подполковнику. Тут и замполит решил с нами познакомиться.

— Виниров Сергей Александрович, подполковник, заместитель командира по политической работе.

Сергей Александрович выглядел как самый настоящий замполит — подтянутый, волосы короткие и светлые. Держался Виниров слишком ровно, стараясь постоянно тянуть подбородок вверх.

— Ладно, Леонид Викторович. Я так понимаю, мы будем работать с вами. У моей группы задача особая. Вы поставлены в известность? — спросил Тобольский.

— Конечно — выполнение специальных задач в составе боевой ударной группы БУГ. Я предлагаю вам пройти в «высотку». Там и обсудим кое-что.

Пока наша многочисленная группа размещалась в одном из классов, мы вчетвером выясняли один очень щепетильный момент. А именно — кто и кому подчиняется в Сирии.

Бунтов выложил перед нами телеграммы. Одна о формировании смешанного полка, а вторая касалась напрямую нашей группы.

— Не думайте, что я пытаюсь вас прижать к ногтю, но ситуация следующая. У меня есть распоряжение генерала Чагаева — командующего всем ограниченным контингентом в Сирии, чтобы в ближайшие сутки мы с вами перебазировались на… не знаю, как правильно это читается.

Бунтов показал точку на карте, которую я узнаю всегда. Хоть ночью меня разбуди.

— Мухафаза Латакия, деревня Хмеймим, — объяснил я.

— Вот именно сюда. Аэродром там только в стадии строительства, поэтому дальнейшие действия по его освоению ложатся на ваши плечи, — пояснил подполковник.

— Вы хотели сказать, на наши плечи, Леонид Викторович, — поправилего Тобольский.

Бунтов махнул рукой.

— Не придирайтесь. Оговорился, — улыбнулся подполковник. — Поэтому с утра начинаем подготовку, погрузку и выдвигаемся с передовой группой туда. Оцениваем возможность посадки больших самолётов, разворачиваем стартовый командный пункт и вперёд и с песней.

Я повернулся к Тобольскому и покачал головой.

— Леонид Викторович, это всё понятно. Мы тут при чём? У нас иная задача, — начал ему объяснять Олег Игоревич.

— Я же к этому и подвожу. Есть директива о переподчинение вашей группы моему полку. Естественно, временно. Вопросы есть? — спросил Бунтов.