Книга Сирийский рубеж, страница 83 – Михаил Дорин

Я посмотрел вправо, наблюдая, как вертолёт Занина висит над площадкой. Наш Ми-8 аккуратно «лежит» на воздушной подушке, зависнув в двух-трёхметрах от нагретого бетона. Осталось только отклонить ручку управления от себя, подтянуть рычаг шаг-газ и соразмерно отклонять в это время правую педаль, чтобы пойти в разгон.

Звучит как инструкция, но именно так и управляют вертолётом.

— Паашли! — произнёс я в эфир.

Стрелка указателя скорости указывала на 180 км/ч. В наушниках периодически раздавался сигнал опасной высоты, но никого из экипажа это не волновало. Вазим смотрел перед собой, обозревая свой сектор. Иннокентий вёл пальцем по карте и тоже смотрел по сторонам. Пока что в кабине полное молчание, происходящее на фоне внешнего шума и плотного радиообмена других тактических групп.

— 15 километров, командир, — первым обмолвился Кеша.

— Курс прежний? — спросил я.

— Подтвердил.

Чем ближе к Голанским высотам, тем зрелище становится более живописным. Гряды холмов и сопок, несколько каньонов с тонкими полосками пересыхающих рек.

— Ниже 10 метров не снижается, — дал я команду, огибая очередную сопку.

В этот момент Ми-28 Горина, летящего впереди и слева, снизился, пролетая между двумя скалами. Все идут за ним, растягиваясь по всему ущелью.

Маневрировать становится крайне сложно. Приходится быть всё время начеку. Не успеешь отклонить ручку управления вовремя и «войдёшь» в скалу.

— Вышли, — подсказал Горин, когда впереди показалась равнина.

Снова прижимаемся к земле, поднимая в воздух клубы пыли. Ещё один отворот и остался прямой участок в 10 километров до Эль-Кунейтра. На земле видны воронки от взрывов, сгоревшая техника.

— Солнце, — сощурился я, опуская светофильтр.

Слева начали облетать небольшую реку Раккад. Увидел, как из воды торчит втулка несущего винта Ми-8 с обрубками лопастей.

Смотрю на Горина, а он сильно «заложил» крен влево.

— 3-й, крен убери, — подсказал я.

— Справа! Манёвр, — громко сказал в эфир Владимир.

Справа началась стрельба. Один из батальонов израильских войск показался из-за сопок и открыл огонь из пулемётов.

— Отстрел, — скомандовал я.

Ручку отклонил от себя, прячась за высокий берег реки. В это время Горин левым передним колесом зацепился за воду.

Перед нами тут же возник огромный фонтан метров на 20 в высоту.

— Вижу цель. Снижается… Снижается! — услышал я в эфире знакомый голос Олега Печки.

— Я справа. Прикрываю, — отвечал ему кто-то на русском.

Похоже, что наша «крыша» начала работать.

— 4 километра, — подсказал Кеша, откинувший вправо от себя карту.

— 3-й, ищем и готовим площадку, — дал я команду Горину, который уже начал заходить на цель.

Секунда, две иМи-28 выполнил залп НАРами. Несколько единиц техники задымилось, но тут же им ещё один удар нанёс ведомый.

Пока мы с Заниным отошли в сторону и встали в вираж, наше прикрытие вместе с ударной парой Аси и Диси, готовили нам проход.

— Цель вижу… Пуск! — пробивались доклады экипажей сквозь помехи.

Я в это время выписывал очередной круг, осматриваясь по сторонам.

Можно было уже разглядеть южную окраину Эль-Кунейтра. Как горят окраины города и куда двигаются колонны израильтян.

Работа боевых вертолётов Ми-24 и Ми-28 затягивалась. Аси и Диси уже ушли на базу — закончился боекомплект.

— 101-й, здесь слишком плотно. Нашли две группы — одна на восточной окраине, вторая — на южной, — доложил Горин.