Книга Шпионский маршрут, страница 37 – Александр Тамоников

— Ничего я такого не думаю, — отрезал Ватагин и похлопал шофера по здоровой руке. — И выкинь это из головы, Жуланов. Давай поправляйся и возвращайся, а то твой старшина там вместо твоего «Захара» «Студер» достал. Не проморгай.

Оперативники вышли из палаты и свернули за угол. Остановились возле двери с надписью «процедурная». Из-за двери послышался знакомый голос сержанта Шарова.

Ватагин заглянул в приоткрытую дверь. Шаров сидел на кушетке, с рукой, плотно привязанной к туловищу, но при этом здоровой рукой поочередно подбрасывал и ловил два то ли камешка, то ли мячика. У стола с медицинскими принадлежностями стояла миловидного вида медсестра. Ее-то как раз и развлекал сержант.

Костиков громко закашлялся из-за двери и, постучав пальцами по стеклу, решительно зашел в процедурную.

— Что тебе врачи сказали? — сразу обратился он к сержанту. — Долго ты тут проваляешься?

— Кость не задета, но сказали, неделю продержат, — ответил Шаров, вставая и делая шаг навстречу вошедшим офицерам.

— Хорошо устроился, — снова не то спрашивая, не то утверждая, сказал Костиков и обратился к медсестре: — Вы его тут не балуйте, сестричка, но и не обижайте. Где он у вас лежит?

— В отдельной, на первом этаже, — ответила девушка, и щеки ее едва заметно зарумянились.

— Так не пойдет, — возразил старлей. — Вы его переведите, пожалуйста, в седьмую палату.

— Ну, это доктор должен распорядиться, — ответила было девушка.

— А мы его уже попросили, он разрешил, — махнул рукой Ватагин. — Там приятель его лежит, шофер Жуланов. Вы уж их не разлучайте, все равно не один, так второй по гостям начнут ходить, а вам хлопоты.

— И Жулан здесь? — подхватил Шаров. — Тоже загремел, бродяга? И когда же его угораздило? Я тогда тоже прошу вас, Елизавета, меня переселить. А вы к нам в гости заходить станете.

— Вот еще, товарищ сержант, — отмахнулась медсестра, решив показать свою строгость при офицерах. — Нам по гостям ходить некогда. Сами будете на перевязки приходить. Можете переезжать, белье вам сестра-хозяйка принесет.

Они вышли из процедурной, и улыбчивый Шаров тут же переменился в лице. И даже голос у него стал с металлическими нотками.

— Так что этот Жуланов? — спросил сержант, останавливаясь в коридоре и обращаясь сразу к обоим офицерам.

— Пока не знаем, — ответил Костиков. — Он у нас уцелел при нападении немцев на дороге. И попал он в засаду не случайно. Возможно, что к нему может кто-нибудь заглянуть проведать.

— Присмотреть, — догадался Шаров, — дело известное. Ну а в общих чертах, кого ждем?

— А вот черт его знает… — ответил Ватагин. — Ты его по делу о нападении не расспрашивай. Ты такой же раненый, простой парень.

— Ну чего вы меня, как котенка, в мешок суете, — возмутился Шаров.

— Ты, Гена, не горячись, — поспешил успокоить сержанта Костиков. — Ты мне скажи, есть в комендатуре капитан Серпик? Это женщина, зовут Ольга Сергеевна.

— Да вроде есть такая, — припомнил Шаров.

— А кем она там служит? — спросил Ватагин.

— Знаю, что в канцелярии. Или начальником, или замом, — ответил Шаров. — Точнее не скажу, не знаю. Виноват. Да и не хочу вас путать, могу ошибаться,

— Ладно, — выдохнул Костиков. — Одним словом, посмотри, не придет ли кто к Жуланову из комендатуры.

— Или, может, от этой Серпик, — добавил Ватагин.

Они попрощались с Шаровым и вышли во двор. Перед госпиталем стояла машина, из которой санитары выгружали тюки со свежим бельем. По дороге Костиков зашел к главврачу и некоторое время там пробыл. А выходя из госпиталя, пояснил, что звонил в отдел и вызвал в морг фотографа.