Книга Шпионский маршрут, страница 92 – Александр Тамоников

— Поедете, значит, — бодро сказал Ватагин, прочтя письмо и рассмотрев конверт, чтобы запомнить адрес.

— Конечно, поеду, — ответил Первак. — Вот только Лариса расстроится, когда узнает про Олю. Надо же, какая нелепость. Сотни людей разрывает немецкое железо, а тут так…

— Лев Иосифович, — выдохнул Ватагин, возвращая письмо. — Простите, что отвлек вас от работы, но, сами понимаете, служба. Надо же, в такое время и стать отцом. От всей души желаю вам с супругой счастья. До свидания, товарищ Первак.

Пока Ватагин был в редакции, Алешин перегнал машину на соседнюю улицу, а сам ждал лейтенанта у входа. Он терся в курилке, то щедро раздавая свой табак, то охотно угощаясь чужим. Со стороны могло показаться, что он много курит, но на деле он спалил едва ли одну цигарку. Он общался.

Подойдя к курилке, Ватагин привычным движением достал портсигар, вынул папиросу и стал задумчиво постукивать ею по крышке, не торопясь закуривать.

— Огоньку, товарищ лейтенант? — Алешин заметил начальство.

— Да нет, брат, я бросаю, — улыбнулся Ватагин. — Нам ехать пора.

— Это я завсегда, — ответил Алешин, выбрасывая цигарку. — Машина на соседней улице, придется пройтись.

— Это и я завсегда, — ответил Ватагин, и они пошли к машине.

Когда Николай вернулся в отдел, в дверях его встретил Маслов.

— Ну?! — с ходу спросил майор. — Нашел Первака?

— Так точно, — ответил Ватагин, но не успел доложить подробно.

— Вот и хорошо, — прервал лейтенанта Маслов. — Поднимайся к Костикову, и обо всем ему доложишь. Он в шестом кабинете. Я вернусь — хочу видеть результат.

Костиков разговаривал по телефону, когда Ватагин вошел. Кроме него в кабинете была еще машинистка, отстукивавшая на машинке какой-то документ. Увидев Ватагина, капитан указал ему на соседний стол и продолжил диктовать что-то по телефону.

Николай сел, на столе лежали личные дела, и он подумал, что снова придется заниматься чтением, но тут Костиков положил трубку.

— Кажется, нашли возможный маршрут, по которому она могла уйти, — сказал капитан. — Кротовицкий переведен в Минск для восстановления работы железной дороги. Он до начала войны работал начальником депо в Горьком.

— Он же танкист? — заметил Ватагин.

— Был назначен комиссаром, ходил на бронепоездах. Потом переведен в танковые части. Воевал под Харьковом, потом в Сталинграде, участвовал в рейде корпуса генерал-майора Баданова. Гвардии подполковник. Ранен при форсировании Днепра. Переведен в распоряжение штаба армией. Направлен в Минск для восстановления работы минского железнодорожного узла.

— Прибыл на место службы? — спросил Ватагин.

— Работает. Назначен руководителем отдела снабжения.

— И что из этого следует? — не понял Ватагин.

— Если Серпик действовала по своей прежней схеме, то подмена руководителя на такой должности вполне в нее укладывается. Агент на железной дороге. В городе Минске Кротовицкий ранее не бывал. И перевод его был хоть и логичным — все же железнодорожник, но несколько внезапным.

— Кротовицкий был знаком с Серпик, — предположил Ватагин.

— Не установлено, но вполне возможно. Фролова отыскала несколько свидетельств о том, что Серпик успела обзавестись обширным кругом знакомств. Пользуясь своим положением, создавала трудности и, пользуясь своим обаянием, помогала их устранять.

— Интересная женщина, — согласился Ватагин. — А что остальные?