Книга Чистое везение, страница 88 – Марьяна Брай

— Бани в моде нынче, знаешь? Купчихи парами, а то и по пять человек ходят. Чаи там пьют. Пойдёшь со мной? — улыбнувшись, спросила она, словно моего вопроса и не было.

— Мне с тобой ещё в бане появиться осталось. Чтоб совсем не отмыться, — снова выпалила я. А ведь не планировала обижать ее. И получилось это зло, хоть и тихо. Не найдя ничего лучшего, испытывая стыд за внутреннюю радость Елены, я выбежала на улицу и глубоко задышала. Словно выплыла из глубины, где задерживала дыхание на спор.

_________________

[i] схимничать — вести аскетический образ жизни в соответствии с монашеским обетом.

Дома я даже с Никифором говорить не стала и поторопилась в свою комнату.

— Лена, ну какого чёрта, что ты творишь? Раз уж теперь я на твоём месте, дай мне поступать по-моему, — шептала я, стараясь унять сердцебиение.

Ответом мне была тишина. Сейчас, когда хотела услышать в себе прежнюю хозяйку этого тела, этой жизни, она не подавала голоса. Неужто вмешивается, заставляет меня так себя вести, когда доходит до предела? Или это мои чувства? То самое… женское, обидчивое и ранимое, а не современное и уже привычное настоящей мне, объективно выгодное.

Вспомнив о своей голожопой команде и прошептав: «бли-ин», я поторопилась в комнату с починкой. Предстояло выбрать две пары брюк. А вот с этим добром было куда сложнее: молодые люди были бедны как церковные мыши. И приличную одежду им, скорее всего, изначально приобрёл наш замечательный ученый. Но не замечательный тем, что о новом он, похоже, забыл.

— Всё собрать и в печь бросить, — тяжело вздохнув, со вздохом ответила на мой вопрос «много ли работы?» Анна, белошвейка лет двадцати пяти.

— А может, и стоит оставить им по одному набору, чтобы утром не в чем было идти землю рыть? Может тогда Кирилл Иваныч и поймёт, что вся усадьба по швам трещит? — высказалась я. Но в этот момент в комнату вошла Варя.

— Не на-адо трогать барина. У ево чичас время непростое. Думаешь, он не переживает? — она села и принялась сама проверять на крепость штопаные-перештопанные брюки. А они, в подтверждение наших слов, разъезжались в руках. Держались только штопаные места. Всё, что выглядело целым, целым было до поры до времени.

— Скажи ему, Варечка, скажи. А то он ведь потом и спросит с тебя. Скажет, думал, что всё в королевстве спокойно. Зачем скрывать? — попросила я свою новую подругу, когда Анна вышла.

— Если он молчит да улыбается, то не значит, что не знает, Елена. Я его не хуже брата знаю. Лишний раз не надо трогать. Денег вот-вот банк даст. Неделю ждать осталось, — выдохнула она. — А они за неделю должны все опытные семена посеять, все кустики проверить. Не злись, работай, — с этими словами она вышла, и я задумалась.

«Эта чертова Софья еще перестала девок своих водить.», — промелькнуло в голове и стало совсем беспросветно. Просить у отца я отказалась на отрез.

Поздними вечерами я изучаладом. Добравшись до третьего этажа, обнаружила очень много закрытых комнат. Ключи были у Вари. Если не забирать штаны у студентов, то как минимум, их предстояло сшить. Одни я могла отдать свои, в которых бегала, ещё одни могла пошить из платья. А где взять ещё две пары?

Ключи Варвара хранила на поясе. Спала она в комнате чуть дальше моей, поближе к хозяйскому коридору. Но лезть к ней ночью было страшновато. Решив пока делать из того, что есть, я порезала одно своё тёмное платье. Приложив к имеющимся штанам, выкроила и принялась шить, пока светло. Естественно, никаких ширинок или вытачек я делать не собиралась, но крепкими они должны были быть обязательно.