Книга Хозяйка проклятой башни, или Цветочек для дракона, страница 66 – Дара Хаард, Лана Шеган

— Постарайся не принимать близко к сердцу голоса, Амарин. Просто помни, что их давно уже никого нет…

— Хорошо, — я сглотнула комок в горле, приготовилась опять услышать плач младенца. Но как только накопитель заработал, я вновь оказалась в огромном зале напротив черного трона. На подлокотнике которого сидела моя сова и смотрела на шевелящегося ручками ножками младенца…

Первым делом я посмотрела на руку, где сиял черным камнем перстень, потом оглянулась. За несколько часов тут ничего не изменилось. Пыль, золотистый туман, черные хлопья на троне, в которых барахтается ребенок. Для профилактики ущипнула себя, боли не почувствовала и уверенно пошла к трону.

Ребенок увидел меня, глазки блеснули, словно узнал, он загулил, как умеют это делать младенцы, и сунул грязный палец в рот.

— О боги, ну куда ты палец грязный суешь? – я дотронулась дрожащими руками до ребенка, ощутила тепло и гладкую кожу. Это было невероятно. Если пустошь создаёт видения, то они просто до ужаса реалистичны.

— Не трогай его, — сказала я себе и быстро спрятала руки. Сова ухнула и посмотрела на меня как на дуру. — Он же не настоящий, — успокаивала я себя, вспоминая слова Креймора.

Что мне делать, как очнуться, чтобы не видеть малыша, что делать, когда он опять начнет плакать. Кстати, он уже кривит ротик, обидчиво поджимая губки. Сердце жалостливо сжалось.

— Какая же ты тварь! – крикнула я в потолок, проклиная пустошь. — Ну зачем так? Это больно!

Из моих глаз покатились слезы, я их не видела, а чувствовала.

Потом выдохнула и взяла ребенка на руки, будь что будет.

Мир вокруг словно замер, такой пронзительной тишины не бывает в живом мире. Мы смотрели с малышом друг на друга, он тянул ручки и пытался схватить мои волосы, довольно улыбался, пуская слюни.

Я заворожённо ощущала приятную тяжесть от его тела и смотрела на золотой туман, который кружил вокруг меня в коконе урагана. Щечки у ребенка порозовели, он беззубо улыбался.

— Маленький мой, — улыбнулась я, — не отдам тебя никому. Нужно тебя умыть.

Я осмотрелась, увидела несколько небольших дверей и одни большие, похожие на ворота. Надо сказать, под слоем черноты трон оказался тоже золотым. Я в который раз поразилась богатству зала. Интересно, где такой был. Неужели в Угайморе?

Я неуверенно пошла в сторону одной из дверей, что самое неожиданное, они открылись, стоило мне подойти ближе.

Я от страха замерла, тихо выдохнула. Сова приземлилась на плечо, и я порадовалась, что не чувствую тут боли.

Из дверей никто не вышел, поэтому я пошла дальше. Не знаю, почему я знала, куда идти. Длинными широкими коридорами, лестницами, залами, по толстому слою из коврови пыли я пришла в большую комнату.

Когда-то это была спальня. Шикарная спальня. Огромные окна, затянутые золотистым туманом, они кое-как пропускали тусклый свет. Стоило подумать, что света мало, на стенах вспыхнули светильники, тоже довольно тусклые, но стало немного светлее.

Я подошла к кровати, застеленной темно-синим шелковым покрывалом с большим золотистым гербом или, как драконы называют, печатью рода. Пристально ее рассмотрела, чтобы запомнить, прежде чем стянуть всю эту пыль вниз. Покрывало жалобно треснуло в нескольких местах. Жалко, такая красота.

Золотистый туман тут же облепил покрывало, и через пару секунд я удивлённо распахнула глаза, возле моих ног лежало целое, как будто только из мастерской, покрывало.