Книга Скрипачка и вор, страница 74 – Анастейша Ли

Пока я тонула в этом беспросветном мраке собственных сомнений, из этой тьмы меня пытался вытащить… он.

— Бруно! Бруно, идем гулять, скорее! — выкрикнула я своему псу, надеясь, что его радостный лай и энергичный виляющий хвост хоть немного развеют эту гнетущую атмосферу.

Я надела утепленные черные джинсы, короткую шубку с легким леопардовым принтом, волосы были уложены мягкими волнами.

Нацепила на Бруно ошейник и поводок синего цвета, который так гармонично сочетался с его шерстью. Я решила, что сегодня наш прогулочный образ должен быть особенным. На ноги надела пушистые луноходы, которые придавали мне легкость и уют. Уходя, я на всякий случай прихватила трость — как же давно мои руки не прикасались к этой тонкой, изящной палочке. Она была для меня не просто нуждой, а чем-то большим, чем-то, что напоминало о прошлом. Каждый мой шаг с ней наполнялся особым, уникальным звуком, словно смычок от скрипки, который выводит мелодию, когда касается струн. Я чувствовала, как этот звук наполняет пространство вокруг, создавая атмосферу, в которой каждый момент становится значимым.

Мы с Бруно шли по тротуару. Он задорно бежал впереди, гордо помахивая хвостиком прохожим.

— Бруно, я чувствую, как ты счастлив, малыш, — ласково сказала я, обращаясь к своему псу.

Я присела на скамейку, осторожно постукивая тростью по деревянным доскам, чтобы не промахнуться и не сесть мимо. Устроившись с краю, я начала легонько трепать его шерсть. В ответ Бруно попытался игриво укусить меня за палец, подпрыгивая от восторга на месте.

Решила позвонить Милошу, узнать, чем он сейчас занимается и не захочет ли присоединиться к нам. Я откинулась на жесткую спинку скамейки и, как только хотела приподнести к губам телефон, чтобы набрать Милоша через голосового помощника, кто-то неожиданно приземлился рядом. Я вздрогнула от неожиданности.

— Прекрасная погода для прогулок, — произнес незнакомец с уверенным голосом.Я обратила внимание на его белую рубашку и черные джинсы, а поверх всего этого был накинут велюровый черный пиджак.

— Не слишком ли свежо вы одеты для такой погоды? — спросила я, стараясь не встречаться с его взглядом.

— Вы видете? Тогда зачем вам трость? — заметил он, и в его голосе звучала мягкость. Я заметила, что он выглядел довольно молодо, не старше тридцати.

— Я вижу лишь небольшую часть этого мира, в моих глазах он размыт, как запотевшее окно, но в моем воображении он нарисован самыми яркими красками, — ответила я, чувствуя, как разговор начинает принимать неожиданный поворот.

Слова сами собой вырывались из уст, словно я делилась чем-то очень личным. В этот момент мне казалось, что я открываю не только свои чувства, но и целый мир, который живет внутри меня. Я вспомнила о том, как часто мы ограничиваем себя рамками обыденности, не замечая, что за ними скрывается нечто удивительное.

— Вы знаеете, — продолжила я, — иногда мне кажется, что именно в этом размытом эффекте и есть красота. Это как будто мир шепчет мне свои тайны, и я могу их услышать, представить в своих фантазиях, даже если не вижу всего. Я представляю, как яркие цвета переплетаются, как звуки и запахи создают симфонию, которую не всегда можно увидеть глазами.

Собеседник смотрел на меня с интересом, и я почувствовала, что он тоже начинает видеть этот мир немного иначе. Мы оба оказались на грани чего-то нового, и я знала, что этот разговор может изменить наше восприятие реальности.