Книга Бар «Сломанный компас», страница 89 – Тея Морейн

— О, мы уже записали всё на диктофон. — ухмыльнулась Лайла. — Для потомков.

Когда смех понемногу стих, кто-то уже лениво потягивался, кто-то прятал зевки, а Кэсс стащила с кухни последнюю тарелку с закусками, Лея оказалась у окна — завернувшись в плед и прижав к губам тёплую кружку.

С улицы пахло мокрым асфальтом, летней пылью и чем-то ещё… родным. Таким, что сжимало сердце.

— Всё хорошо? — спросила Грета, не подходя близко.

— Да, — Лея кивнула. — Просто думаю.

— О чём?

— О том, как много может измениться за год. — Она усмехнулась. — Раньше я думала, что вся моя жизнь — это попытка выжить. А теперь… я хочу жить. Знаешь? Просто жить.

Грета кивнула, и на секунду обе замолчали.

Внутри комнаты Мэг уже задремала, обнимая подушку, а Кэсс тихонько листала телефон, при этом бормоча: «Если ещё раз он выложит фото с подписью “ищу ту самую”, я приеду и найду его мать».

Лея вновь посмотрела на небо.

Скоро придут мальчишки. Принесут пиццу, шутки, шум. Но в этой тишине сейчас ей так сладко.

Она подумала о Романе.

О его руках на своей коже. О его голосе, когда он шепчет “моя хорошая девочка”. О том, как впервые в жизни кто-то не просит её быть сильной — а просто рядом, даже в слабости.

Она улыбнулась.

— Я счастлива, — тихо проговорила она себе.

И в этот момент за дверью раздался громкий стук и чьё-то пьяное:

— Пиццу заказывали, богини?!

— О боже… — простонала Наталия, — мы что, дружим со стендаперами?

— Скорее со идиотами. — Лея хохотнула, бросая последний взгляд в окно. — Но, чёрт, моё сердце им принадлежит. И пицце.

^Роман

— Я всё-таки не понимаю, почему свадьба длится сутки, — бубнит Крис, вытаскивая из коробки остывший кусок пиццы. — Мы женились вчера, а сегодня уже в баре, будто никто и не плакал под фейерверками.

— Потому что никто, кроме тебя, и не плакал, — хмыкнул Алексей, откинувшись на спинку стула. — И вообще, Роман, давай уже. У тебя теперь опыт. Рассказывай. Каково оно — быть женатым мужчиной?

Я только усмехаюсь, протирая стойку.

— Словно жить в доме, где пахнет корицей, а рядом человек, ради которого хочется дышать.

Пауза.

— Ну и трахать её до рассвета, если по-честному.

— Опа, поехали! — Майло чуть не поперхнулся пиццей. — Подробности, сэр, нам нужныподробности!

— Ну уж нет, — фыркает Алексей, — я, конечно, за братскую близость, но не настолько.

Я не отвечаю. Молча опираюсь на стойку и смотрю, как мягко дрожит в стакане янтарный свет виски. В голове — не ночь, даже не поцелуи. А как она утром прижалась ко мне, уткнулась носом в грудь и прошептала:

“Мне повезло с тобой и Лив.”.

И я знаю — мне тоже правда повезло. С ней. С Лив. С этим странным, сумасшедшим городом.

— Ладно, хватит лирики, — Дилан встал. — У них там девичник. Сколько ставок, что нас встретят с тапками в руках?

— А может, и без тапок, — многозначительно хмыкает Эрик.

Я вытираю руки, снимаю фартук и киваю:

— Всё. Пора домой.

Домой.

Теперь это слово звучит совсем по-другому.

— Знаете, чего мне не хватает? — протянул Крис, налив себе колу вместо пива. — Времен, когда ты, Роман, был ещё не женат.

— Потому что тогда ты думал, что у тебя есть шанс с Леей? — подколол Алексей.

— Нет, потому что тогда ты не смотрел на нас с таким взглядом, будто мы дети, которых нужно уложить спать в девять.

— Я и сейчас так думаю и тогда так думал, — фыркнул я. — Особенно когда вижу, как ты лазаешь за пиццей, будто она от тебя убегает.