Книга Бар «Сломанный компас», страница 94 – Тея Морейн

— Только немного?

— Совсем чуть-чуть, — прошептала она и поцеловала меня.

Сначала нежно. Потом — глубже. Я утонул.

Каждый раз с ней — как впервые. Губы, дыхание, тихий стон где-то на грани шепота.

— Фууу!— донёсся голос Лив. — Опять целуются!

Мы с Леей рассмеялись прямо в поцелуе.

— Ладно-ладно, — сказал я, отпуская её и чмокнув в висок. — Обещаю не засасывать твою маму при тебе. Почти.

— Сомневаюсь, — пробормотала Лив и, важно покачивая короной, вернулась к девочкам — Наталии, Ларе и Мэг, которые перешёптывались на фоне мультика и явно обсуждали нас.

Я подхватил Лею на руки, как тогда, на свадьбе, и прижал к себе, прямо на кухонном полу.

— Я люблю тебя, — сказал тихо. — И каждый день благодарю, что ты выбрала меня.

Она улыбнулась, запуская пальцы мне в волосы.

— А я каждый день влюбляюсь заново. Особенно когда ты приходишь домой, пахнешь деревом, пивом и надеждой.

Мы целовались. Долго. Лениво.

И где-то рядом звучал детский смех, шелест пледов и запах шоколада.

Это был наш Хейвенридж. Наш дом. Наша жизнь.

“Любовь — это когда даже в хаосе ты чувствуешь себя в безопасности.”

^Лея

Когда солнце окончательно спряталось за холмами, а Хейвенридж окутал мягкий закатный свет, в нашем доме уже пахло ванилью, печеньем и детским заговором.

Лив бегала в короне, накинув моё свадебное покрывало как плащ. Девочки пили чай, болтали и смеялись, пока Роман, чертовски красивый даже в домашнем, разогревал в духовке остатки пиццы и жарил маршмеллоу прямо на вилке над свечой. Он реально жарил маршмеллоу над свечой.

— Признайся, ты просто хочешь обуглить весь дом, — хихикнула я, облокотившись на косяк.

Он повернулся, хитро прищурившись:

— А ты просто хочешь, чтобы я тебя за это наказал.

— Роман! — я покраснела, как школьница.

Он подошёл, держа вилку с полуподгоревшим зефиром.

— Открой рот, солнышко.

Я приоткрыла — и получила сладкий, горячий, липкий кусочек прямо на язык. Он быстро поцеловалменя, слизывая сахар с уголков губ, и прошептал:

— Моя хорошая девочка…

Боже, спаси меня от собственного мужа. Или… не надо.

Позже, уже на пледе с кружками какао, Лив устроилась между нами, нацепив очки в форме звёздочек.

— Мам, пап, а можно я позову друзей на день рождения в бар, как взрослые?

— В баре? — Роман поднял бровь. — Это опасный путь, юная леди. Мы там недавно свадьбу закатили, не успели ещё всё отмыть.

— Ну пожааалуйста, — сказала она, вытягивая губки.

Роман посмотрел на меня. Я пожала плечами.

— Мы придумаем. Может, устроим день фей? Со “Стеной Желаний”, тайным вкусом недели, а вместо пива — радуга-лимонад?

— И кексы! — взвизгнула Лив. — С блёстками! И конкурс на самую красивую магическую корону!

Роман рассмеялся и потянулся, обняв нас обеих.

— Ладно. Магический бар будет ждать. Только чтобы потом никто из детей не захотел там работать, понятно?

— Слишком поздно, — прошептала Лив, и мы с Романом разом рассмеялись.

Когда девочки ушли в комнату — усталые, но довольные, Роман накрыл нас одеялом, сел рядом и, не говоря ни слова, прижался лбом к моему.

— Всё идёт как надо, правда? — спросил он тихо.

— Лучше, чем я могла мечтать.

Мы снова поцеловались — медленно, нежно, с огоньком. И в этом поцелуе было всё: наше “сейчас”, наши страхи, наша благодарность и наше всегда.

^Роман

Я проснулся раньше обычного. В комнате было тихо, мягкий свет медленно проникал сквозь шторы, а Лея тихо дышала рядом, прижавшись ко мне, словно всё ещё снилась ей сказка. Я смотрел на неё, и в груди расплывалось то самое чувство — глубокое, тёплое, необратимое. Любовь.