Онлайн книга «Запрет на любовь»
|
– Вовсе нет, – вру, и он это считывает, коротко усмехается. – Почему ты все время врешь? Что такое, Оля? Слезы наполняют глаза. Когда-то я уже это проходила, только тогда со мной никто особо не разговаривал. Насыпали конфет в карманы и отправили в детский дом на такси. Хотела бы я забыть все это вплоть до секунды, вырезать и выжечь из памяти, да вот только так не бывает. Только не со мной. Осторожно убираю свою руку из его ладони. Мне так легче. Когда меня не трогают. Я не люблю чужих прикосновений. Ничьих. Мне от этого больно, и, по правде, я всегда боюсь удара. Никому в этой жизни верить нельзя: ни мужчинам, ни женщинам. Как показывает мой горький опыт, все предают. Все. – Хотите знать, что такое? Владимир кивает, а я сцепляю зубы, горько усмехаюсь. Кому тут сдались мои слезы? Не смешите. Чужая беда всегда чужой и остается. Особенно здесь, когда я, типа, проститутка, а он мой клиент. – Вы меня изнасиловали ночью. Что ж, надеюсь, пользовать меня вам было приятно и я отработала деньги, которые вы за меня заплатили. А даже если и не понравилось, возвратов тут не делают. Сожалею, – говорю со слезами на глазах, опуская голову, но Владимир не дает, берет меня за подбородок, и я впервые читаю в его глазах такую неприкрытую злость. Глава 11 – Ты это помнишь? Ты помнишь, как я тебя насиловал, Оля? – Нет. Я ничего не помню. – Потому что не было ничего! – рычит, а после поднимается, закуривает, жадно затягивается сигаретой. Вижу его крепкую спину, широкие плечи. Владимир по-мужски красив, спортивен. Кому-то же достается такой мужчина. Но не мне, конечно. У меня не будет семьи. Я порченая. Ко мне это клеймо теперь на всю оставшуюся жизнь приклеено. – Я скажу один раз, малышка: ты была под наркотой, и трахать тебя было бы не веселее, чем резиновую куклу, поняла? – Я голая проснулась! Вы меня трогали! – парирую. Не верю, мужчины всегда врут. – Ты сама свое платье стащила! У меня нет надобности девок силой брать, они обычно сами себя предлагают, недотрога. И да, если бы я тебя трахнул, Оленька, ты бы почувствовала! Даже под наркотой помнила бы. Кивает мне, и я опускаю голову. Прислушиваюсь к ощущениям. Ничего не болит, пить только хочется. В остальном же чувствую себя нормально. Никакой крови и сломанных костей, синяков, ушибов. Владимир не врет, он меня не тронул, и мне становится от этого намного легче. Сама не замечаю, как выдыхаю и улыбаюсь. Как дурочка. – Вот, наконец-то шестеренки заработали, – кивает, видя мою глупую улыбку, которая тут же гасится его вопросом. – Кто тебе ребра ломал, девочка? – Откуда вы… – Я задал вопрос! – Никто! Закрываюсь тут же, натягиваю панцирь. Два шага назад, пока не упираюсь спиной в дверь, а Черный наступает, точно хищник. Такой высокий, здоровый против меня. И туфель, как назло, нигде нет, я бы ему каблуком, наверное, хотя… бесполезно. С таким не повоюешь, расшибет с одного удара точно. Стою и хлопаю на Владимира глазами. Он берет меня за запястье и показывает на мои шрамы. Проклятье, а их видно. Он заметил. Вот черт. – Это что? – Это… я обожглась, когда жарила котлеты. – Ладно поёшь змейка, да вот только такие следы остаются, когда бычки о кожу тушишь. Тоже “никто” постарался? – Да. – Что “да”? Не смей мне врать! – рычит на меня, но я еще хорохорюсь. Маленький воробей против черного медведя. Смешно даже, плакать хочется. |