Онлайн книга «Запрет на любовь»
|
– Он, наверное, требовал вернуть деньги обратно? – Да я не знаю, толком не услышала, но Владимир с Анфисой покусался сильно, грозился сжечь тут все и всех! Маман, видать, теперь не в духе будет весь день. Из-за тебя, Оленька. Ответить мне нечего, но Ева как в воду глядела, потому что в следующий миг дверь распахивается и на пороге Анфиса появляется. Раскрасневшаяся и растрепанная. Чуть-чутьпохожа на Бабу-ягу при параде. – Что ты ему наговорила, паршивка?! А? Я тебя спрашиваю, что ты такого сказала Черному, что он едва горло мне не перегрыз?! – Правду. Я ее пугаюсь, потому что в таком взвинченном виде Анфиса похожа на бешеного бульдога, который так и норовит вцепиться в руку. Она подходит и хватает меня за лицо, всматривается то в один глаз, то во второй, нахмурив тонкие черные брови. – Какую еще правду?! Черный был в ярости, сказал, что с Королем свяжется, и мне это не нравится, девочка, мне очень это не нравится! Не вздумай создавать мне проблемы, не то, клянусь, я тебе потом устрою сладкую жизнь! – Отпустите! Руки уберите… мамаша, ик! – Бог мой, да ты же пьяная! Вот сучка маленькая! – Анфиса больно хватает меня за волосы и тянет, а я едва стою на ногах. – Что было ночью, Черный тебя трахал?! Какого дьявола он ушел таким недовольным? Я тебя спрашиваю, у вас было сегодня что-то или нет? – Нет! Пусти, он не такой. Он хороший! Глаза Анфисы темнеют, и ее худосочное лицо озаряет едкая ухмылка. – Ах, вот оно что, “хороший”, значит! Что же твой “хороший” за тебя не заплатил больше, Оленька?! Видать, не выдержал мужик больше. Конечно, ведь мы мозги ему только трахаем, а выхлопа никакого! – Пусти! Мне больно! У мамки рука как будто клешня – цепкая и сильная. Я чувствую, что меня вжали в стену, слезы наполняют глаза. Владимир больше не придет. Я так и знала. – Значит, так, Ева, сейчас же ее быстро в холодный душ и приведи в чувство. Я уже вызвала Марту, придет проверит нашу строптивую должницу, и не дай бог! Слышишь меня, Оленька, не дай господь ты не окажешься девственницей! – шипит на меня и резко отпускает. Я падаю на пол. Поражена, беспомощна и теперь без хотя бы призрачного защитника. Я одна в этом аду, и, похоже, свой шанс я упустила. *** Я где-то слышала, что девственность можно восстановить, мне даже одна девочка в интернате об этом рассказывала. Что, мол, идешь к гинекологу, он там все, что надо, сшивает, и как будто все так и было, вот только сейчас я из комнаты не могу выйти, не то что искать какую-то больницу с врачом. Ева вылила на меня ушат ледяной воды, потому теперь я сижу на кровати, обмотанная полотенцем, мелко подрагиваю в ожидании своего приговора. И он, точнее, она входит в мою комнату,раскладывая небольшой чемоданчик на кровати. Врач пришла. По мою душу. – Привет, я Марта. Давай сразу к делу. Ложись. Посмотрю тебя. Эта Марта – дамочка лет сорока. Невысокая, с короткой стрижкой и выпуклыми бесцветными глазенками. Она со знанием дела обрабатывает руки и надевает перчатки, тогда как я сцепляю кулаки. Я ей все глаза выдеру, пусть только посмеет подойти. – Нет! Меня нельзя трогать! Забиваюсь к изголовью кровати, Марта на миг закатывает глаза, а после выходит, возвращается уже с Анфисой за спиной. – Мамуль, ты не предупредила, что девушка дикая. Я на это не подписывалась. |