Книга Запрет на любовь, страница 88 – Екатерина Ромеро

Шмыгаю носом, мокрые ресницы замерзают от мороза, стою, словно ожидая приговора. Трясусь как осиновый лист, но я тоже смогла, тоже призналась, что люблю.

– Это правда?

– Да.

– Иди ко мне, Оль. Согрею.

Владимир довольно улыбается и распахивает свою куртку. Я юркаю к нему. Так я обретаю не только защитника, но и любимого.

– Куда мы идем?

– Да вот, хочу позвать тебя на первое свидание. Как насчет капучино с круассанами?

– Я только за.

Смущенно улыбаюсь, и Вова ведет меня в кафешку отогреваться, потому что я выбежала следом за ним без куртки, но я не желаю. Мне хватило духу и смелости признаться, что я люблю его, и себе самой, и Владимиру тоже.

***

Оля адаптируется к новой жизни, и я вместе с ней. Привыкаю к тому, что со мной под одной крышей живет необычная девушка,и я стараюсь. Стараюсь, чтобы Оле было комфортно, выстраиваю как по кирпичам наши свидания, тихие разговоры о прошлом, стараюсь обходить тяжелые темы.

Оля пережила то, что многих бы сломало, но только не ее. У нее огромная жажда жизни, цели, планы, и я приложу все усилия для того, чтобы воплотить все их в жизнь.

Первые недели Оля очень осторожна со мной, и я это понимаю. Она видела столько жестокости, что, наверное, мне и не снилось. И мне хочется просто взять плед и укутать ее, оградить от всего, уберечь, защитить, спрятать.

Я был давно уже разочарован в женщинах, но с Олей вообще все иначе. Она неиспорченная, чистая душой, она самая лучшая для меня из всех, и плевать я хотел на то, как и при каких условиях мы познакомились.

Я пошел на риски ради нее, но я сделал бы это снова не колеблясь, потому что Оля заслуживает свободы, и то, что она добровольно осталась со мной, только греет мне душу.

Больше всего я боялся, что Оля будет себя принуждать или останется из чувства долга, но, когда она сама призналась, что любит, я чувствовал себя счастливым до ужаса, потому что, оказывается, у нас взаимно, и, блядь, это такая редкость сейчас, и, кажется, мы просто счастливчики.

Оля не умеет готовить, любит поздно ложиться и поздно вставать. Оля здорово играет в шахматы и всегда выигрывает у меня, хотя я и поддаюсь ей, конечно. Я хочу, чтобы она открывалась мне, чтобы мы стали близки, и, кажется, у меня получается, потому что однажды вечером мы не просто ложимся спать. Я не просто ее обнимаю, а Оля не просто утыкается мне носом в плечо и сопит. Она целует меня. Нежно, ласково, открыто, а после серьезно смотрит на меня и снимает тонкие бретели ночнушки.

– Уверена?

– Я еще никогда в жизни не была ни в чем так уверена, – говорит серьезно, а я тянусь к ней, целую свою девушку в губы, благодаря судьбу за то, что смог найти ту самую.

***

Мне казалось, что таких мужчин просто не бывает и это вообще не мой случай, но мне повезло. Меня полюбил очень добрый мужчина, и я тоже влюбилась. Как дурочка, и частенько я чувствую, словно я летаю. Летаю от его сладких поцелуев, от объятий, от того, как хорошо мне просто быть рядом и спать у Владимира на плече.

О да, это лучше всяких там психологов и медитаций. Мне достаточно улечься к Вове на грудь, обнять его,и я мгновенно просто засыпаю. Я забываю обо всем страшном, потому что теперь у меня есть он – мой любимый защитник, мой единственный мужчина.

По правде, у нас нет никакого секса месяц точно, и я благодарна Вове за то, что он дает мне время, вот только и я ведь тоже живая, и довольно скоро я опускаю эти рамки. Зачем? Я хочу его, я готова к близости. И, судя по каменной эрекции Владимира, он чувствует то же.