Книга Убийства на радио, страница 45 – Марина Серова

— Он ей совсем не подходил, — продолжила Валерия Николаевна. — Приходил как будто бы тайком, все оглядывался по сторонам, как будто боялся, что его заметят. Ну, понятное дело, ведь он был не свободен. Хотя я вот думаю, ну кому он был нужен-то по большому счету? Ну жене, это понятно. Поэтому он у Лизы и не оставался на ночь. Никогда. Да и не выходили они вместе никуда.

— А когда Лиза все-таки решила разорвать с ним отношения, то очень переживала и страдала, — вступила в разговор Виктория Николаевна. — Мы с Лерой всячески поддерживали ее, внушали, что она достойна лучшего. Ну что такого было в этом мужичонке? Маленького роста, какой-то худосочный, с прилизанными редкими и какими-то жирными волосами. Не мыл он их, что ли? Тьфу! Прямо посмотреть не на что! Но все-таки, видно, он сумел запасть ей в душу. Потому что Лиза очень страдала после того, как они расстались.

— Скажите, а Лиза сама вам сказала, что этот мужчина женат? — спросила я.

— Сама, хотя мы и так догадывались. Он же никуда ее не водил, ни в театр, ни в ресторан, да просто даже по улице пройтись. И этого даже не было. А уж скупердяй какой был! Хотя бы раз маленький букетик цветов ей принес! Так что мы, конечно, подозревали, что неспроста он так себя ведет. Так осторожничает, а потом и Лиза призналась.

— Скажите, а Лиза когда-нибудь говорила, как зовут этого мужчину? Может быть, вы слышали, как она упоминала его имя? — спросила я.

— Нет, она никогда не говорила, как его зовут, — покачала головой Валерия Николаевна. — Правда, однажды она назвала его «книжным червем». Мы с Викой тогда рассмеялись — уж очень забавно она это сказала, — но Лиза была не в настроении.

— «Книжным червем»? — переспросила я. — А кем он мог быть по профессии? Лиза хотя бы намекнула?

— Возможно, он научный сотрудник, — предположила Виктория Николаевна. — Лиза как-то сказала, что он увлечен науками и книгами. Она даже как-то раз сказала, что он много времени проводит в библиотеке. Да и приходил он к ней с таким модным портфелем. Кажется, «дипломат» называется или еще как-то.

— Значит, Лиза очень переживала после их разрыва? — спросила я.

— Да, очень, — кивнула Валерия Николаевна. — Но мы с Викой сказали ей, что все, что ни делается, все делается к лучшему. Ну провела бы она с ним свои лучшие годы, а потом что? Кому она тогда была бы нужна? Сейчас такие молодые да прыткие девки пошли, что ой-ей-ей! Палец в рот не клади, сразу оттяпают, прямо пираньи, а не девки. Мужиков враз расхватывают! Чуть зазеваешься, и вот ты уже одна. А Лиза тогда была еще молодая и привлекательная. Она вполне могла бы найти себе нормального мужчину, свободного и не такого жмота. Я ей всегда говорила, что она достойна лучшего. Но Лиза все равно была постоянно, что называется, в расстроенных чувствах.

— И как же Лиза справлялась с ними, с чувствами, я имею в виду, после разрыва? — спросила я.

— Она много времени проводила с нами, — сказала Виктория Николаевна. — Мы с сестрой всячески старались ее отвлечь, но она все равно иногда просто сидела и смотрела в окно, как будто бы она была не здесь, не с нами, понимаете?

— Мы уже не раз подталкивали Лизу к новым знакомствам. Но у нее это как-то не очень получалось, — добавила Валерия Кречетова.

— А помните, сначала была такая версия, что Лиза покончила жизнь самоубийством, потому что так и не могла забыть этого мужчину и оправиться после разрыва с ним? — спросила я.