Книга Пончиковый легион, страница 24 – Джо Р. Лансдейл

– Приватность, – сказал Феликс. – Чтобы я ненароком не убил кого-нибудь сегодня.

– Нам только что нанесли неприятный визит в связи с одним из дел Феликса, – подхватил я, не пускаясь в дальнейшие объяснения.

После этого мы встали и представились мужчине, который уже расслабился в кресле для посетителей. Мы пожали друг другу руки. Я был страшно рад вернуться к рукопожатиям: сам себе удивлялся, насколько сильно скучал по ним в период разгула ковида.

– Черри рассказывала мне о вас обоих, – заговорил Гровер.

– Да-да, конечно, – сказал я, и мы с Черри снова уселись и приготовились слушать.

– Я давно знаю Гровера, – сообщила Черри.

– В юридических вопросах мы с ней не всегда стояли по одну сторону, – заметил Гровер. – Но мне всегда доставляло удовольствие слушать ее выступления в зале суда. Знаю, прозвучу старомодно и воук-полиция^[17]может отправить сюда парашютный десант и выпороть меня, но я все-таки скажу: я всегда был не против посмотреть на нее лишний раз. Отрадное для глаз зрелище.

– Это правда, – сказала Черри. – И я защищала только невиновных.

– Мгмм. – Гровер искоса глянул на нее.

– Мы беспокоимся о Мэг, – сказал я. – Полагаю, ее предыстория вам уже известна?

– Да, – ответил Гровер. – Черри рассказала мне. – Он достал из кармана рубашки темный носовой платок и вытер лоб. – Чем конкретно помочь вам, я не знаю, но прояснить что-то в целом мне, возможно, удастся. Видите ли, я, скажем так, инсайдер.

– Мы наслышаны, – вставил Феликс.

– Я был членом «Пончикового легиона». Сами себя они так не называют – так кличет их кое-кто в городе. Я к этому еще вернусь. Наберитесь терпения, и я преподнесу вам всю эту энчиладу^[18]с подливкой и гарниром из упрелой ахинеи. А на десерт у нас будет пончик. В течение почти пяти лет мой рассудок был помрачен. Я был сам не свой – разочарованный, подавленный, сбитый с толку, затем наконец счастливый, когда все-таки разобрался в себе и будто заново родился. Впрочем, не совсем так. Я стал счастливее, но не стал бы пускаться в пляс и горланить песни об этом, даже если бы мог. Также стоит упомянуть, что за эти пять лет я не съел ни единого пончика.

Я понятия не имел, к чему он это все, но терпеливо помалкивал.

– В ту пору, когда я был членом «Пончикового легиона», все происходящее казалось вполне логичным. Теперь же у меня такое ощущение, будто я жил в комиксе. Моя жена, царство ей небесное, – она так до конца и не освободилась от культа. Я никому не рассказывал о том, что собираюсь поведать вам. То есть – любой, у кого работает хотя бы половина мозга и кто знает о культе, может догадаться об их делишках, но говорить вслух – все равно что стягивать трусы принародно. Раньше мне было слишком неловко рассказывать об этом в подробностях. Как будто сам выставляешь себя придурком. Притом я-то считал дураками всех остальных, а на поверку вышло, что шутовской колпак как раз на моей башке.

Тогда, в пятидесятые, в годы моего детства, старый Эзра Бэкон был фермером и владельцем ранчо, а по выходным проповедовал в баптистской церкви. Так вот, он заявил, что однажды зимой искал заблудившуюся корову и увидел какие-то огни. К его чести, многие в ту ночь видели, как по небу пронеслось что-то светящееся. В местной газете несколько дней писали об этом событии – самом интересном с тех пор, как городской банкир сбежал со своей секретаршей и всеми ценностями банка. Обнаружили банкира в Мексике – без денег и без секретарши. Деньги так и не вернули, а о секретарше больше никогда не слышали. По слухам, она где-то в Эквадоре. Я рассказываю вам об этом, чтобы дать понять, насколько редка и волнующа – была и остается – хоть какая-никакая новость в Мэйтауне. Думаю, это отчасти объясняет, чем же некоторых людей завлекла эта история с летающими тарелками. Им все постыло, им скучно, они чувствуют, что жизнь их заурядна и лишена сказки. Это лично моя теория, потому что именно так чувствовал я сам.