Книга Больше чем любовь, страница 6 – Ирина Аллегрова

Свекровь была единственной тучкой на ясном горизонте их семейной жизни. Но тучкой грозовой...

-...Мил, там станция далеко? — спросила она тихо.

— Не знаю.

— Как не знаешь? Ты там не была?

— Ты что же думаешь, на электричке я оттуда возвращалась? — смеясь, спросила Милка. — Привезут!

— Ну, что ты, неудобно, только приехала и...

-...Сразу же назад? — насмешливо продолжил кто-то.

— Ну, не совсем уж сразу, но... — Лена беспомощно взглянула на подругу, но та лишь

отмахнулась:

— Не глупи!

И Милка защебетала с подружками, не вникая в подробности, рассказывала что-то неважное, пустячное. Не забывала и посплетничать. Вдруг поворачивалась к Лене и вспоминала о старинных школьных друзьях, а потом снова к женщинам — о Пугачевой с Киркоровым...

Коньячок давал о себе знать. Язык Милки иногда выходил из-под контроля и неуклюже заплетался.

А Лена ее совсем и не слушала. Так, старалась поддакивать и ловить смысл слов, но чтобы вникать по существу... Она ткнулась лбом в прохладное стекло.

Глупо улыбающаяся луна освещала пролетавшие мимо километровые столбы.

"Куда я еду? Зачем? — мысленно проклинала себя Лена. — Кто все эти люди, какое я к ним имею отношение? И какого черта я поддалась на Милкины уговоры? Будто бесенок вселился... А дома дети не кормлены..."

Впрочем, тут она явно перебирала — дети кормлены. Свекровь уж заставит Вилена сварить им хоть сосиски.

Она бросила взгляд на часики. Ужас... Позднотища-то какая... Первым поползновением было — попросить водителя остановить автобус, чтобы она могла сойти. Но какой в этом толк, когда степь да степь кругом? Да и в кармане мелочевка, никто не согласится до города подбросить...

Оставался один выход. Взять себя в руки и не нервничать. Судя по всему, никто Лену обижать не собирался, компания подобралась достойная. И Милка вроде не стерва, зачем ей однокашницу в авантюры втравливать? Субботник так субботник... Почему бы не помочь людям, если заплатят хорошо? Опять же, детям что-нибудь купить можно будет.

Женщины, вообще-то, странноватый народец. Подозрительны, когда на это нет никакой причины и, наоборот, чересчур доверчивы, когда вот она, подозрительная непонятность! Под самым боком!

— Вам налить рюмашечку? — к Лене вежливо обратился атлет, тот самый Виктор. В одной руке он держал бутылку коньяка, а другой ухватился за кресло, чтобы не свалиться. Асфальт изобиловал трещинами и колдобинами всевозможных размеров, и автобус прилично трясло, несмотря на все импортные амортизаторы.

— Нет, спасибо, — замотала головой Лена.

— Я больше не пью. Большое спасибо...

— А-а-а, укачивает? — догадался Виктор. — Тогда понятно. Прошу прощения. Пардоньте, мадемуазель.

— Ты чего кобенишься? — искренне удивилась Милка. — Халява, сэр!

— Нет, мне, правда,не хочется, извините...

Да, Лена именно оправдывалась, извинялась, что ли, за свое поведение. И в самом деле, кто в наше время отказывается от дармового коньяка?

Автобус хоть и был шикарно-иностранный, а чуть не развалился на запчасти, когда свернул с магистрали на грунтовую дорогу. Пассажирам пришлось держать бокалы с коньяком в вытянутых руках и подпрыгивать в такт подпрыгиванию машины. Но трясучка неожиданно кончилась. Оказалось, что выехали на идеально ровную дорогу. Даже странно как-то, в такой глуши и такой асфальт... Словно помановению палочки волшебника, автобус перенесся куда-нибудь в Германию, на автобан.