Книга Проклятье Хана, страница 45 – Марина Серова

Сказав это, он почти бесшумно двинулся к калитке — не просто ушел, а исчез, будто растворился в воздухе. Как будто его и не было вовсе: ни следа, ни звука, только легкое ощущение чего-то неправильно оборвавшегося. Легкий холодок прошелся по спине.

Теперь, когда карта в безопасности, можно сказать, мы сделали шаг вперед. Всего один, но он приближает нас к истине. Осталось понять, кто все это время стоял в тени за спиной Сяоцина. Хотя… ответ давно маячил у самого края сознания — как тревожный сигнал, который все время стараешься не услышать.

В доме царили полумрак и прохлада. Был слышен мерный шум лопастей вентилятора на кухне — там Аяжан-апа убирала остатки застолья. Мы медленно поднялись на второй этаж, где в кабинете нас ждал Князев, нетерпеливо щелкая пальцами по клавиатуре.

Удивительно, как долго в воздухе держатся следы ушедших. Пот Теплякова и парфюм Сазонова не торопились выветриваться. Как и ощущение фальши. Кажется, вечер решил играть в их же команде.

Окна были распахнуты настежь, но от прохлады — ни намека. Кондиционера в кабинете я не заметила. То ли Айдар не любит холода, то ли есть другая причина для такой метаморфозы.

Я уже пожалела, что сменила шорты на плотные джинсы, и присела на краешек кресла, ожидая начала разговора. Удивительно, как местный климат влияет на меня. То ли от жары я стала резче и раздраженнее, то ли это просто реакция на быстро меняющиеся человеческие отношения.

Еще утром в доме смеялись трое друзей, а теперь — смесь чего-то липко пахнущего и жалкого. Проныра Сазонов решил показать себя чуть ли не блюстителем кода чести и не сдал с потрохами Теплякова. В этой пьесе давно забыли, кто герой, а кто — реквизит.

— Иван, ты как? Можем продолжить или тебе нужно время на размышления? — решила я прервать густую, словно вата, тишину.

Князев поднял глаза и посмотрел на меня поверх монитора. Отсвет экрана сделал черты его лица резкими, отчего оно превратилось в подобие гротескной маски, но он ничего не ответил.

«Медный всадник за ноутбуком», — пронеслось в голове.

Айдар сидел в кресле, полностью погрузившись в изучение содержимого своего телефона. Вероятнее всего, рассматривал фото, которые прислала Катя. Кстати, о нашем добром самаритянине — Еве. Ну-ка, что нам прислала хранительница вечности?

Я встала и невольно потянулась, чтобы размяться после неудобного положения. Подойдя со спины к Айдару, я попыталась разглядеть, что же там рассматривает наш доблестный друг-криминалист.

Ага, фото карты. Наконец-то вижу ее в развернутом виде. Картинка была достаточно четкой, и при приближении можно было разглядеть каждую точку, каждую черточку, а также трещинки, появившиеся с годами. Представить только — карта XIX века до сих пор жива и хранит тайны, из-за которых люди готовы пойти на все: воровство, убийство.

— Что скажете, господин эксперт? — обратилась я к Айдару.

Он оторвался от экрана, словно вынырнул из чего-то глубокого и холодного, и поднял утомленный, чуть рассеянный взгляд.

— Карта интересна. Хотя на первый взгляд — довольно проста, — начал Айдар. — Есть тот самый знак, о котором нам столько говорили: глаз с перекрестьем. Остальное нужно смотреть на самой карте. В сопроводительном тексте, который прислала Ева, говорится, что некоторые фрагменты проявляются только при нагревании — свечой или лампой.