Книга Проклятье Хана, страница 55 – Марина Серова

— Не поверишь, нашла у себя в комнате. — Теперь уже я принялась нарочито активно резать кусочек бекона и деловито откусывать хрустящий хлебец.

Аппетит у Айдара явно улетучился, а раздражение повисло в воздухе, добавляя жару за завтраком.

— Ты полагаешь, тебе его подкинули, — спросил он. — В то, что это могла взять ты, я даже не поверю. Если это кто-то хотел подстроить, то я обязательно найду этого шутника и спрошу по всей строгости.

Глаза Ивана вдруг блеснули, и он, подавшись чуть вперед в сторону Айдара, произнес:

— А я тебе говорил, что камеры нужно поставить не только во дворе, но и в доме, тогда было бы больше шансов поймать злоумышленников.

Я лишь усмехнулась: то ли еще будет, друзья мои.

— Видеонаблюдение вещь хорошая, но никогда нельзя полагаться только на него, — произнесла я, продолжая завтракать. — К счастью, я могу назвать человека, кто подбросил эту монету мне в комнату.

— Кто? — почти хором произнесли друзья.

— Для начала я вам скажу о том, как я пришла к такому выводу, иначе я боюсь за вашу бурную реакцию. — Я сделала небольшой глоток кофе, ненавижу остывший кофе. — Итак, после того как мы распрощались поздно вечером, я вернулась в свою комнату, плотно закрыла дверь и приняла душ.

Я посмотрела Айдару прямо в глаза, терпения, дорогой, терпения. Ты еще не знаешь, какой тебя ждет сюрприз.

Айдар ерзал на стуле. Как же, задета честь его дома.

— Так вот, — продолжила я. — Когда я проснулась сегодня, то обнаружила, что дверь моей комнаты чуть приоткрыта, хотя я помню точно, что закрывала ее плотно — щелчок замка был слышен. Утром же она была приоткрыта, словно кто-то торопился выйти и не стал щелкать дверью.

Князев, перестав жевать, с интересом слушал мой рассказ, подперев рукой подбородок. Наконец-то сознание очищается, и Князев возвращается в собственное тело.

— Далее, когда я принимала душ, то обратила внимание, что в ванной лежат свежие полотенца, а я напоминаю, что вечером я принимала душ и использованные полотенца кинула в корзину.

— Ну, ну и что, не томи, — торопил Айдар.

— Полотенца у нас обычно лежат аккуратной стопкой. Но в этот раз одно было развернуто и как будто специально подложено вперед — прямо на стиралке, словно его подставили под руку. Именно в нем и была спрятана монета, аккуратно завернутая в салфетку.

— Ну и что дает это подробное описание? — включился в беседу Иван.

— То, что полотенца меняет у нас только один человек и, естественно, только он так свободно может перемещаться по дому, не вызывая ни у кого подозрений, — пояснила я. — Теперь вам нужно говорить имя того, кто подложил мне монету, или вы догадались?

— Не надо, я все понял, — сухо ответил Айдар.

— Минутку, — нахмурился Иван. — Я так и не понял, кто это был?

Я посмотрела на него и не удержалась от улыбки:

— Ох, Ваня… Ты и есть Ваня.

Удивительная метаморфоза. Улыбчивая Аяжан-апа, заботливая хозяйка, и бровью не повела, хотя ее фактически уличили в том, что подкинула в мою комнату золотую безделицу. Причем сделала это нарочито открыто — словно действительно хотела, чтобы я нашла.

Что ты пытаешься мне сказать, Аяжан-апа? Или — кому ты это хотела показать?

Что ж, посмотрим этот спектакль дальше.

Женщина допила чай, поставила пиалу на стол и посмотрела на нас так, как смотрят учителя на нашкодивших дошколят — с легкой иронией и внутренним превосходством.