Онлайн книга «Детектив к зиме»
|
Сразу после завтрака Киселев засобирался на автостанцию. Клочков высказал сомнения по поводу того, что автобусы в Ленинград пойдут по расписанию, — больно много снега насыпалось за ночь, дороги наверняка еще не успели расчистить. Как в воду глядел: Костя вернулся примерно через час и уныло сообщил, что общественный транспорт в город не ходит. Что до частников, то он попытался переговорить с двумя-тремя местными жителями, сулил им неслыханный бакшиш за то, чтобы добросили до Ленинграда, — двадцать целковых! — но ни один не согласился. Понять их было несложно: увязнет машина в заносах где-нибудь на середине трассы, и кукуй до скончания века… Все, что удалось сделать Косте в то утро, — позвонить с поселкового почтамта и предупредить родных, что задерживается на неопределенное время в связи с метеоусловиями. При этом жив-здоров, беспокоиться не надо. — Вот чешуя тресковая! — посетовал Николай Петрович в адрес то ли небесной канцелярии, то ли незадачливого Киселева. — Что ж с тобой делать, живи покамест у меня. Костя и сам ощущал неловкость из-за того, что нежданно-негаданно вторгся в неприкосновенное пространство тренера. Заикнулся насчет платы за постой, однако Клочков разразился такой боцманской бранью, что Киселев поспешил взять свои слова обратно и принести извинения. День скоротали за разгребанием снега во дворе. Намело изрядно, к хозпостройкам было не подойти. Николай Петрович вооружил себя и напарника лопатами и обозначил фронт работ. Костя принялся за дело рьяно, решив, что труд — тоже неплохой способ расплатиться за пребывание под кровом Николая Петровича. Сам бы старик такой объем не осилил — куда ему! Оно и верно — уже минут через десять, помахав лопатой, Клочков начал задыхаться. Костя поглядывал на него с жалостью и сочувствием. Еще год назад Петрович был о-го-го! Молодым фору давал, бегал с ними стометровки, отжимался, тягал гири и гантели. Но после инфаркта сдал, сердце не выдерживало прежних нагрузок. Клочкова это бесило, он не желал мириться с собственной слабостью, но и поделать ничего не мог. Возраст, болезни — против них бессилен даже самый стойкий боец. — Вы идите, отдохните, а я закончу, — посоветовал Киселев, которому разминка на воздухе была только в радость. Мышцы размял, продышался. На то он и спортсмен. Клочков поупрямился, но осознал, насколько тщетны его потуги перебороть недуг, со злостью воткнул лопату в заметенную клумбу и ушел в дом. Там он не лег отдыхать, как рекомендовал Костя, а занялся приготовлением обеда — достал из закромов банку тушенки и сварганил макароны по-флотски. Звал Киселева прерваться на трапезу, но тот отказался — положил себе сначала закончить с расчисткой территории, а потом уже вкушать насущную пищу и предаваться отдыху. Темнело, когда Костя выгреб за калитку последние снеговые комья и, довольный собой, пошел по внутреннему периметру ограды, чтобы проверить, все ли везде убрано. Полминуты спустя он, ошалевший, с выпученными зенками, ворвался в дом и выпалил с порога: — Николай Петрович, он там! — Кто? — не понял Клочков, оторвавшись от газеты с телепрограммой, в которой фломастером подчеркивал интересные передачи на ближайшую неделю. — Всадник! В огне! По озеру скачет! Лицо Клочкова побагровело. Он швырнул фломастер на стол и окатил своего питомца взором, полным возмущения. |