Книга Рыжая обложка, страница 24 – Сергей Королев, Антон Александров, Вадим Громов, и др.

– А что я скажу? И кому? Он в милиции работает, але! – Ваня вскинул голову, заплаканными глазами глядя в помертвевшее лицо Серого.

Серый уже не слушал. Бросился из квартиры, на ходу звоня отцу.

– Бать, беда! Ты в мастерской? Бросай все и беги к гаражу дядь Жени. Да, срочно. Какой у него, я забыл?

Серый успел первым. Остановился перед металлической коробкой. Навесного замка нет – видимо, внутри кто-то был. Серый вслушался в окружающую тишину, но, казалось, слышал только стук бешено колотящегося сердца. С неба падали снежные хлопья – зима не торопилась уступать свои права. Серый толкнул металлическую створку, уверенный, что она заперта. Ворота легко поддались. «Прячь на виду, чтобы никто не нашел», – вспомнилось вдруг.

Гараж был пуст. Ни машины, ни трупов. По углам хлам, развешанные на стенах инструменты – обычная картина. Верстака не было. Серому мерещился приглушенный шум, и он никак не мог определить направление. Будто из-под земли.

Серый осознал, что до сих пор сжимает в левой руке стилус от Кириного телефона. Осмотрелся, выискивая что-то посущественнее. Стараясь ступать как можно тише, направился к висящим на стенде инструментам. Потянулся за молотком. Схватил неловко – тот выскользнул из дрожащих пальцев и с громким стуком упал. Наклоняясь, Серый осознал, что вокруг тишина – звук пропал.

И в этот момент в полу, в дальнем конце гаража, распахнулся люк. Оттуда, как чертик из коробочки, карабкалось нечто. Узнать добродушного соседа удавалось с трудом.

Окровавленный, голый по пояс. На предплечьях, груди и животе – белые полосы шрамов. С левой стороны, над сердцем, россыпь круглых сигаретных ожогов. Бешеный оскал и абсолютно, беспросветно безумные глаза. В правой руке нож – огромный, Серый таких никогда не видел.

Серый поднял молоток, перехватил поудобнее и застыл. Времени на размышления не оставалось. Безумец в два прыжка преодолел разделяющее их расстояние. Серый увернулся, благо тело, закаленное в драках, реагировало на автомате. До конца не удалось – вместо груди нож вошел в плечо. Дикая боль отдалась во всем теле. Рука онемела, молоток выпал из бесполезных пальцев.

Сила удара впечатала противников в стену, тонкий металл загудел, казалось, гараж сейчас сложится, как карточный домик. Прямо перед собой Серый видел дикие глаза и оскаленный рот – испугался, что безумец сейчас вцепится ему в глотку, разорвет, как бешеный пес. Серый попытался оттолкнуть дядю Женю от себя, но куда там. Правая рука не слушалась, силы были неравны. Безумец выдернул нож из плеча Серого – новая вспышка боли – и немного отодвинулся, занося руку для следующего удара.

Инстинктивно, не осознавая до конца, что он собирается делать, Серый перехватил пальцами левой руки стилус, который так и не выпустил, и воткнул пластиковый стержень в расширенный зрачок сумасшедшего.

Дядя Женя издал тонкий свист, напомнивший о закипевшем чайнике. Выронил нож, схватился за лицо.

В этот момент в гараж ввалились трое – отец Серого прихватил с собой двух знакомых.

Серый, как во сне, игнорируя изумленный мат, нетвердыми шагами проковылял к люку, из которого лился приглушенный свет. Вниз вели ступеньки. Пошатываясь, Серый спустился. Крошечное помещение: бетонный пол, на стенах – толстый слой изоляции. Пусто, не считая верстака, установленного под лампочкой. Повсюду кровь.