Онлайн книга «DARKER: Бесы и черти»
|
«Коля! Скинь лестницу!» – завопил Артур. Но лишь у себя в голове. И услышал собственное сдавленное мычание. – М-м-м! – цедился стон сквозь зубы. – М-м-м! М-м-м! М-м-м! Белые пальцы вытягивались и подрагивали, как усики муравья, ощупывая воздух. Указательный, самый длинный, первым коснулся груди, зацепил сосок заусенцем. Средний и безымянный уперлись меж ребер. Мизинец шарил по животу, словно слепой червь. Наконец большой дотянулся до шеи, ковырнул кожу острым ногтем. – М-м-м-м-м-м! Черные птицы кружат кольцом, хватают друг друга за крылья и хвосты, метят в глаза… – Эй! Подъем! Артур проснулся. В комнату падали тусклые солнечные лучи. Над кроватью стоял дед. Лицо его было хмурым. – Чего это ты устроил? Висок пронзилаострая боль. – Перед калиткой кто наблевал? Ты? Нет? Да уж, конечно, верю. От тебя перегаром за километр разит! Весь дом провонял! Вставай! Время уже четыре часа. «Четыре часа?» – …Где Коля? – ворчал старик. «Где Коля?»Вопрос ударил по голове кувалдой. В груди похолодело. Желудок скрутил спазм. – …Тоже, небось, отсыпается? Идиоты. Пойди умойся. Артур встал с кровати на ватных ногах и едва сразу же не упал обратно. Спальня крутанулась перед глазами, углы наползли на стены. Шкаф, кресло, стол, тумбочка, зеркало, лампа смешались. В ушах затихали отголоски вороньего грая, и тело хранило память о чудовищных пальцах, будто те оставили ледяные отпечатки в местах, где касались кожи. Входная дверь была распахнута настежь. Слепой дождик накрапывал на крыльцо. Трава искрилась от влаги. Артур сбежал по ступеням, поскользнулся в огороде и чуть не упал в грязь. Подошел к погребу, оттащил перину. Ни единого звука. Спит? Умер? Кровь отлила от лица, холод прошиб до костей. Казалось, дотронешься до чего-нибудь, и пальцы рассыплются на осколки. Руки взялись за края крышки и опрокинули ее. Артур наблюдал за ними со стороны, как за чужими. Он встал на четвереньки перед погребом, вгляделся во тьму. Тихо позвал: – Коля? Ты здесь? На дне лежало ведро. Рядом по земле были рассыпаны бледно-розовые клубни картофеля, похожие на обескровленные сердца, и яма в рамке люка выглядела как странный натюрморт – напоминание. – Коля?.. Дождь, стекая с крыши, падал в траву. Барабанил по подоконникам. На ветвях черемухи шелестели листья. Но погреб молчал. – Ты здесь? – Здесь, – словно эхом, долетело из воспоминаний, и Савин не сразу понял, что это прозвучало вслух. Он открыл глаза, и тьма хлынула в них, чуть не выдавливая. – Теперь мы тут вдвоем – я и ты. Голос раздался справа. Савин отполз в другую сторону и встал, слепо вглядываясь во мрак. Нащупал стену за спиной. Кровь заполнила пазухи и загустела, как мед. – Все, что ты мне рассказывал, оказалось правдой. Представь, Сава. Про землю с кладбища и скотчемладенца. Слышишь? Он плачет на кухне. Он теперь повелитель мух и кормит их своим телом. Куда он, туда и они. И про машины. Это была моя любимая история. Помнишь машины, которые убивают людей? Вову Белякова съел комбайн. Ты рад? Я – да. Я хотел, чтобы с ним случилось что-то такое. И когда он умер,я подумал: может, Бог услышал меня? Но это был не Бог, Сава, а Гулливер. Это он услышал и сделал, как я просил. – Гулливера не существует. И ничего другого. Я все выдумал. Раздался хриплый смех, похожий на кашель: |