Онлайн книга «DARKER: Бесы и черти»
|
– Наша, босяцкая. – В руках у Стохи появился давешний ножик: короткий, истонченный до шила, но острыйдаже с виду. – Не ссы, ведмедь, я чутка резану, чтоб юшка показалась! – Кто ссыт-то? Щас по носу как дам! – Ладно ты, не рычи. Руку протягивай, повторяй за мною: клянусь землею, да хлебом, да кровью, да матерью своею, что кровного брата не обману, на деле не брошу и всю добычу с ним разделю по чести, напополам. – …напополам, – повторил Мишка, и тут же ладонь обожгло болью. – Я себе еще глубже порезал! – успокоил Стоха и сцепился тонкими пальцами с Мишкиной лапищей, рана к ране. – Кровные братья, не фунт изюму! Отродясь у меня близких не было, только ты теперь! – Ну, не жалоби, – ответил Мишка грубовато, однако в груди защемило. Порез на грязной ладони казался открытым голодным ртом, кровь еще капала на пол, но не густо. – Помыть бы надо да перевязать. Ты хоть знаешь, где этот… Бирге живет? – Откуда мне?! – Стоха лизнул свою ранку, скривился. – Есть один дядька, тоже уличный, его и спросим. Только сперва на рисковое дело надо сходить. Вещь одну взять, на Лиговке. Там братва-то суровая, вся надежда на твои кулачищи! Когда-то здесь были деревянные дома. До большого пожара, превратившего улицу в погорельскую слободу: черные стены, окна без стекол, малолюдье и тишина. В деревне такие пепелища долго не стоят. Всякий хозяин, если уцелел, поднимает новое жилье, из чего уж получится, но здешние стройку не вытянули, наверное. Уступили место бродягам всех возрастов. – Вон ту хибару видишь? Раньше пустая была, потому и приныкал там кой-чего, а теперь не зайти. Сенька Леший там обосновался. Мы с евонной ватагой всегда смертным боем лупились! – И велика ли ватага? – Меньше десятка, не ссы! Мне бы к нычке прорваться, там отобьемся! Мишка повел плечами, чтобы кровь веселее двигалась, взглянул на «хибару» еще раз. Большая! В деревне такая бы три семьи вместила, а тут не видать вообще никого. Из окон, правда, тянет дымком и какой-то снедью, да тоненький детский голос поет тоскливое: …Но попа-ался мне ба-арин суро-овый, Меня за-а руку кре-епко пойма-ал, А судья разбира-ался недо-олго И в Лито-овский меня заката-ал… – Не знаю, что там за нычка такая, но гляди мне! – пригрозил Мишка и двинулся к дому. Пнул с размаху трухлявую дверь, песня оборвалась, на незваного гостя уставились все сразу. Костер, котелок – и целая толпа рванины вокруг. – Ты еще кто таков? – спросил самый с виду старший.Плечистый, лохматый, впрямь похожий на лешего из бабушкиных сказок. – Тебя сюда звали, приблудень, аль смерти ищешь? – Свертай шалман, фараоны близко! – резанул по ушам знакомый визг, и в раскрытые двери ворвался Стоха с ножом. Кинулся в дальний угол, а сидящие наконец стали подниматься. Мелкие, тощие, зато их много, да и лохмач самому Мишке не уступит. – Ты еще и клопа с собой приволок? – удивился тот с ленцой, а прочие начали движение. Окружать взялись медленно и трусовато, будто бродячие псы. – Тут клопов без него хватает, но за этого деловые спрашивали как раз. Сам явился, гляди ж ты! За компанию с ним пойдешь али… Мишка шагнул и влепил с размаху – Лешего крутануло, но не скопытило. Недопески кинулись стаей, кто-то повис на руках, подбили колени, пнули в лицо, принялись заваливать кучей-малой, пока не грянул гром. |