Книга Бойся мяу, страница 180 – Матвей Юджиновский

Но снилось ему другое.

Знакомый голос рассказывал ему сказку. Удивительную историю про отважную Нэю и несчастного Нэона. Голос говорил, и Женя видел. Как они жили в одном доме, как появились в этом доме дети. Еще там был Огненный Монстр, с которым Нэон по глупости связался и которому многие годы служил. Так он защищает своих сыновей и дочку, верил он и глушил муки пьянящей отравой. Когда Нэя узнала об этом, то сильно расстроилась. И Нэон решил отказать Огненному Монстру. Тот обещал в отместку забирать у него ребенка за ребенком. Тогда храбрая Нэя сразилась с Монстром. Защитой ее была чудесная глина, не страшащаяся пламени. А оружием – заклинание дождя и грома. И огонь обратился в дым. И Монстр был повержен и изгнан. А в лазурном небе три дня сияла радуга.

– Конец… – прошептал Женек сквозь сон.

– Нет, это начало, – ответил голос.

* * *

Августовское солнце раскалилось добела в неожиданно высоком небесном своде. А жгло так, будто повисло прямо над головой. Напекало, словно хотело все лето уместить в один последний день.

Женя сидел в тени березок, стоящих вдоль забора, на уцелевшем островке травы у края футбольной площадки. Снял бейсболку, отлепил от тела и потрепал взмокшую футболку с номером «10» на спине и эмблемой мадридского «Реала» на груди. Холодок побежал по горячей коже живота, спотыкаясь на четырех беловатых черточках.

Только что он начеканил правой ногой сотню. Если, конечно, в парочке моментов, когда едва не дал мячу упасть, не сбился со счету. Плохо одно – достижения этого никто не видел, школьные друзья опаздывали на стадион. А это значит, все равно, что не считается и никогда и не было.

Хотелось пить, а еще больше искупаться в Волге. Оля с Катькой упрямствовали и по-прежнему не желали, как обычно, идти на пляж с отцом. Обиделись на него за то, что не уследил за их любимчиком Вилли – кот сбежал из дома. Папа искренне оправдывался, что не виноват, мол, кот сильно переменился, пока они все жили в деревне, стал агрессивным и непослушным, а за несколько дней до их приезда просто исчез. «Из запертой квартиры», – удивлялся отец.

Можно было сбегать к реке с друзьями. Если никто не проговорится, родители не узнают. В унисон с шепотом воображаемых волн шелестели над головой березки. Но этот шелест не был похож на далекий зов в Край приливов. Нет, это просто ветер гуляет в листве.

Женек достал из кармана талисман, с ним он сможет набить и двести, с ним он и Волгу переплывет. Высокое, стройное дерево, пышной кроной своей утопающее в волнах лазурного неба. Вышивка уже местами растрепалась, белоснежная ткань повязки стала желтовато-серой, заляпанной черными и бурыми пятнами. Постирать ее он считал неправильным.

Мимо, по дорожке за забором, бежал загорелый парень в коротких шортах и светлой майке.

– Физкульт-привет, Серый! – крикнул весело Женя и махнул рукой.

Парень не ответил. Пробежал, не отрывая взгляда от дороги, не обращая внимания на пятерку бегущих следом прилипал.

– Беги в лес, Серый, беги! – выкрикнул Женек вдогонку, посмеиваясь.

Когда шуршание кроссовок стихло, улыбка медленно растаяла. Он погладил пальцем вышивку, обвел по краю. Затем снова, и снова. Палец повторял заученный ритуал.

Если он не забудет, она вспомнит.

Женя глубоко вдохнул, словно от духоты. Но душно не было. Было тоскливо и тесно в груди.