Онлайн книга «Самая страшная книга 2025»
|
По этому поводу вечером снова был скандал: отец ругался, назвал Кирилла «никчемным ничтожеством», на ближайший месяц запретил подходить к домашнему компьютеру и поставил новый пароль. Кирилл так и не узнал, ответили ли ему еще что-то на радиолюбительских форумах. Но у него появилась другая идея. «Ничтожество» – таким словом отец за глаза припечатывал соседа с нижнего этажа, Саврасова. Того самого бездельника, который любил попросить в долг и рассказать что-нибудь о тайном мировом правительстве. От теорий заговоров недалеко ведь до таинственных радиостанций? Именно так рассудил Кирилл, позвонив назавтра в соседскую дверь. Прежде он избегал Саврасова и вообще не представлял, как и о чем будет сейчас его спрашивать, но страх придавал решимости. – З-здрасьте, – буркнул Кирилл, когда дверь открылась и сосед уставился на него с изрядным удивлением. – М-мне очень нужно задать вам один вопрос. Только в-вы меня ни о чем не расспрашивайте, л-ладно? – Интригуешь, молодой человек. – В-вы знаете что-нибудь про н-номерные радиостанции? – Ну, слыхал. – Знаете, что за с-станция такая – «РПД сто восемнадцать»? Она т-типа это… вроде как будущее предсказывает. Очень п-плохое будущее. Сосед помолчал, почесывая живот под несвежей майкой. – Ты где про нее услышал? Это ж байка еще времен моего детства. Вроде байки про радио, которое предупреждает про Гроб на колесиках. Только более редкая. – Что за б-байка? – Про «Радио последнего дня». Мол, если услышишь на радио передачу про себя самого, где тебе обещают что-то плохое, надо дать послушать эту передачу кому-то другому. Чтобы перевести несчастье на него. – И что, р-работает? – Откуда я знаю? Это ж байка. – Сосед многозначительно смерил его взглядом, и Кирилл подумал, что Саврасов вполне может донести что-то его родителям, несмотря на все их пренебрежение, но сосед вдруг выдал: – Одолжи сотку до получки? Кирилл выгреб из кармана рюкзака пару мятых купюр – все свои деньги на школьные завтраки, – молча всучил соседу и пошел вниз по лестнице. Теперь у него хотя бы имелся план действий на случай, если проклятая радиостанция передаст для него новое сообщение. А насколько план был рабочим… это предстояло проверить. Возможность проверки представилась, увы, очень скоро. Уже через три недели маниакального прослушивания пустой частоты – каждый день, каждую свободную минуту дома – Кирилл, мучительно дернувшись всем телом, услышал провал в тишину, после которого последовало: – Я – РПД сто восемнадцать, я – РПД сто восемнадцать. Кир. Константин, Иван, Роман. Двадцать семь ноль два. Красноснег. Девятнадцать часов. Константин, Роман, Анна, Сергей, Николай, Ольга, Сергей, Николай, Елена, Григорий. Девятнадцать. Приём. На сей раз – впервые – Кирилл не паниковал. Сидя под столом рядом с приемником, он три раза переслушал повторяющееся каждые полчаса сообщение, глядя на наручные часы. 15:00. 15:30. 16:00… Кирилл кивнул своим мыслям, погружаясь в некое обреченно-деловитое состояние вроде того, какое, наверное, испытывают люди, вынужденные уйти на фронт. План обретал более четкие очертания. На следующее утро Кирилл вышел из дома как можно раньше, затолкав радиоприемник между учебниками. В школьных коридорах было еще мало народу, в туалете – никого. Кирилл старался не думать, что будет делать, если в туалете не окажется розетки – но та, по счастью, обнаружилась в закутке с ведрами и швабрами. Он включил радио, спрятав его за ведрами, и заструилось тихое шипение, почти незаметное за ворчанием труб. Скоро сюда должен был явиться один из самых скверных типов, какие водились в школе, – здоровенный лоб и вечный второгодник Миха, он всегда устраивал перекур в туалете перед уроками, опаздывая на первый, и заодно по мелочи издевался над заглянувшими по делам мальчишками помладше – Кириллу уже несколько раз доставалось за его заикание. Наверняка Миха найдет и сломает приемник, когда тот заговорит, – но наплевать. Главное, чтобы он услышал сообщение. Если и переводить на кого-то несчастье – так на самого скверного из знакомых Кириллу людей. |