Онлайн книга «Самая страшная книга 2025»
|
Историческая заметка. «Восемь умных ног» – статья об осьминогах. Кира пробежалась по объявлениям, но и там ничего не обнаружила. Телефон пискнул. Она посмотрела на дисплей. Пришло напоминание о том, что у папы день рождения через три дня. Значит, о сне можно забыть. Она заказала пиццу на дом и вернулась в зал. Ей не хотелось досматривать последние записи. На них мама была совершенно другим человеком. Волосы, прежде всегда аккуратно уложенные, торчали в разные стороны. Платья она уже не меняла, и на нем появлялось все больше грязных пятен. Руки женщины покрывал черный налет. Земля? Маленькая Кира боялась ее и не слезала с папиных рук, когда тот удосуживался появиться в кадре. Папа кричал, бил посуду, доводя ребенка до истерики. Девочка вопила, захлебываясь кашлем. – Кирочка, иди к маме. Она сидела на полу. От ее улыбки у взрослой Киры поползли по спине мурашки. Лицо мамы лоснилось от слез и соплей. – Кира-а! – протянула она. – Иди к маме. У меня для тебя подарок. Она засмеялась, но лицо тут же исказилось в очередном приступе. Девочка шла медленно. Боялась. – Иди сюда, милая. Мама протянула руки. Девочка обняла ее. – Смотри, что у меня для тебя есть. Она указала за спину. Там, на прикроватной тумбочке, сидел уродливый плюшевый медведь. Сейчас он собирал пыль на чердаке. Единственная из ее игрушек, которую девочка даже в десять лет обходила стороной. Кира-ребенок восторженно взвизгнула и побежала к подарку. Внезапно мама зарычала. Она вскочила, подбежала к дочке, вырвала игрушку и завопила: – Нельзя! Нельзя! Нельзя! Она схватила ручку Киры и стала бить по ней. Сначала слабо, затем с остервенением. Девочка испуганно закричала, попыталась вырваться. Мама спустила с дочери колготки и продолжила бить ее. – Верни на место! Взрослая Кира сидела, оцепенев. Она не могла оторвать взгляда от экрана. Ей и самой хотелось зареветь от нахлынувшего ужаса. Кира-ребенок посадила медведя назад. Мама улыбнулась и вкрадчиво прошептала: – Бери, Кира. Это твоя игрушка. Девочка приблизилась к тумбочке, но, увидев, что мама вновь замахнулась, попятилась. – Возьми игрушку, – холодно сказала мама. Растерянная Кира стояла, не двигаясь. – Возьми игрушку! От вопля девочка снова разревелась. Мама схватила медведя, сунула в руку девочке, и наказание повторилось. Взрослую Киру тошнило от увиденного. Она отвернулась и долго смотрела в окно, а когда вновь взглянула на экран, мама лежала на полу и ревела. Истерика продолжалась несколько бесконечных минут. Затем она схватила дочь и крепко обняла. Поцеловала в ухо, в шею, в щеки, в лоб, в губы. – Прости меня, умоляю. Мама встала, подошла к камере и выключила ее. Кира посмотрела на последнюю кассету с надписью «Август 2002». – Нет, – покачала она головой. – Нет, я не буду. В середине августа мама повесилась. * * * Ей снилась женщина, висящая в петле. Кира – взрослая Кира – ходила вокруг жуткого маятника, чьи посиневшие ноги, покрытые сетью вздувшихся вен, едва достигали половиц, и пыталась заглянуть в лицо. От дикого ужаса, сковавшего тело, она с трудом двигалась. Черные с проседью волосы женщины торчали во все стороны. Серая в пятнах блевотины ночнушка сверкала багровым глянцем в районе паха. Кира проснулась на рассвете с гадким предчувствием. В глаза бросились ноутбук на полу, коробка из-под пиццы, видеомагнитофон и черный квадрат телевизора. Осадок от вчерашнего не растворился за ночь, и она шла к коробке с кассетами, будто на эшафот. |