Книга 13 мертвецов, страница 112 – Майк Гелприн, Александр Матюхин, Алексей Шолохов, и др.

Пирса осенило.

Он отыскал голову, закатившуюся под рогатину корневища. Мертвяк скрежетал клыками и разевал пасть. Пирс прыгнул; обе ноги приземлились на висок чудовища. Череп лопнул. Мозги, напоминающие клубок червей, вывалились в траву. Они кишели насекомыми. И Пирс с удовольствием растоптал их своими сапогами. Перевел дыхание и оглянулся.

Чудовище затихло в луже едкой мочи. Ныне оно упокоилось навеки. Теперь Пирс мог в подробностях рассмотреть существо. Скелет, будто размягченный немыслимой температурой и растянутый клешнями. Вывернутые ноги. Пролежни, по которым ползали водяные клопы.

Он словно услышал из тьмы голос Дефта:

«Они изменились внешне… зубы заострились… изменения затронули глаза…»

Пирс не мог поверить, что когда-то это было человеком.

«Почему оно сразу не убило меня? Что почувствовало, обнюхивая?»

Запах атласной гробовой обивки? Околоплодных вод, размывающих суглинок под днищем домовины? Запах тьмы, из коей сам Пирс был соткан? Кладбище вместо жизни?

Могло ли случиться, что людоед принял Пирса за мертвеца?

Пирс не знал, но наверняка знала его бабуля.

«Сатанинский отпрыск! – прохрипел поселившийся внутри прокуренный старушечий голос. – Ты такой же, как он! Подменыш, вы из одного племени! Черти забрали моего внука и подсунули в гроб тебя!»

Пирс провел пятерней по заросшей щетиной щеке. Сзади послышались шаги. Малка стояла у края овражка – темный силуэт на фоне луны. Несколько секунд она рассматривала дохлую тварь.

– Это он? Лесной бог, о котором говорил отец?

– Нет, – твердо сказал Пирс. – Это не бог. Эта жалкая нечисть была каннибалом из паствы Девенлопа. – Он пнул раздавленную голову. – Ты открыла дверь?

– Да. Двор пуст, но надо спешить.

Словно соглашаясь с ее словами, по лесу прокатился зловещий рокот.

Около сараев они едва не напоролись на Мердока. Пирс втолкнул Малку в пространство между хибарами и стал наблюдать за подонком, вышедшим из конюшни. Мердок их не приметил. Он вел под уздцы каурую кобылу Эллисона и гнедого жеребца Пирса. Насвистывая, направился к воротам.

«Он выпустит лошадей, – подумал Пирс, – и скажет, что мы с Малкой сбежали. Как Родс и Круз».

– Я сейчас.

Пирс вышел из темноты. Пригнувшись, заскользил через двор. За крупом жеребца его маневр остался незамеченным. Встревоженное фырканье и стук копыт заглушали скрип досок. Чем ближе были ворота, тем сильнее противились животные. Норовистый Золотоискатель встал на дыбы, и Пирс воспользовался моментом. Он вклинился между лошадьми, ударом мыска опрокинул Мердока на тротуар. Запаниковав, Золотоискатель пихнул хозяина задом, копыто лягнуло Мердока в поясницу. Мердок застонал от боли. Пирс отправил его в небытие, обрушив рукоять «Грин-Ривера» на затылок. Затем и сам распластался на земле, следя за французским домом, погруженным в темноту. Шум не потревожил спящих.

При Мердоке были винтовка и кольт. А еще губная гармошка, инкрустированная серебром, с которой никогда не расставался Круз. Вне всяких сомнений, и мексиканец, и простодушный Родс были мертвы – сожраны мертвецом. Или мертвецами.

Пирс проверил обоймы и почувствовал себя гораздо спокойней.

– Все в порядке, мальчик. – Он потрепал Золотоискателя по загривку, снял оголовье и ремнями связал Мердока по рукам и ногам.

– Верни коней в стойло, – велел он Малке. – И разбуди Дефта. Пускай оденется. Ждите меня в гостиной.