Книга 13 мертвецов, страница 185 – Майк Гелприн, Александр Матюхин, Алексей Шолохов, и др.

Представление пошло своим чередом. Прожектор исправно освещал обглоданного крысами Клавдия, сморщенную, будто лежалый инжир, Гертруду, молодцеватого Корнелия, усохшего до полной субтильности Вольтиманда и, наконец, шагнувшего в центр сцены Гамлета. Единственного живого среди мертвецов. Магнитофон умолк, лучи прожектора застыли.

– О, если б ты, моя тугая плоть, могла растаять, сгинуть, испариться, – задумчиво продекламировал Ильич. – О если бы Всевышний не занес в грехи самоубийство… Боже! Боже!

Напряжение росло. Вторая сцена мерно катилась к концу. Ильич чуть ли не шкурой чувствовал исходящее от зрителя волнение, едва ли не пальцами осязал бьющую Андреича нервную дрожь. Так было всякий раз перед началом третьей сцены, потому что именно в ней впервые появлялась Офелия.

– Не сомневайся в этом, – бросила Офелия брату Лаэрту, едва третья сцена началась.

Андреич заплакал. Затрясся, размазывая слезы по щекам. Это тоже случалось не в первый раз. Офелия меняла образы, но голос ее на старой магнитофонной ленте оставался прежним. Машенькин голос, томный, грудной, с легкой, едва уловимой хрипотцой.

– Оставь нас с Машей вдвоем, – сквозь слезы попросил Андреич. – Выйди, ну пожалуйста. Я хочу побыть со своей женой.

Скрепя сердце Ильич кивнул. Великий Шекспир недаром сказал, что настоящий друг может терпеть слабости своих друзей. Какими бы страшными и отвратительными эти слабости ни были.

– Антракт, – объявил Ильич.

По приставной лестнице он полез наверх. Минут десять, уронив руки, стоял недвижно, скорбно потупившись. Затем осторожно заглянул в проем погребного люка.

– Вы закончили?

– Да. Можешь спускаться.

Офелия, разбросав руки, лежала на каменном полу навзничь. Туника-простыня на ней была задрана, ноги распахнуты во всю ширь, промежность бесстыдно раскрыта, бритый лобок залит мужским семенем.

– Ненавижу, – хрипло сказал Андреич. – Ненавижу ее, суку.

Ильич помолчал. Затем рывком поднял свою суженую, усадил, простыней прикрыл срам. Он не ревновал, почти совсем не ревновал, ну разве что самую малость.

– Продолжим? – несмело предложил он.

Зритель судорожно кивнул в ответ. Тогда Ильич сделал глубокий вдох, втянул в себя зловонный формалиновый воздух.

– Хорошо, – выдохнул он. – Сцена третья. Те же и Полоний.

В тексте использованы цитаты из произведений Уильяма Шекспира в переводах

М. П. Вронченко,

М. Л. Лозинсого,

С. Я. Маршака,

Б. Л. Пастернака,

А. Ю. Чернова

и в вольном переводе автора.

Герман Шендеровродился и долгое время жил в Подмосковье, а потом перебрался в Германию, где сейчас и пишет, и работает. Первую известность получил в Интернете еще до того, как начал публиковаться в периодических изданиях и антологиях. Рассказ «Лучший погонщик» занял почетное второе место на конкурсе «Чертова дюжина 2020» по версии судей, а по мнению самих участников конкурса, равно как и по мнению непрофессионального читательского жюри, и вовсе одержал единоличную победу.

Евгений Абрамовичродился в городе Новополоцк, живет и работает в Минске. Авторские и соавторские рассказы Абрамовича публиковались в различных периодических изданиях и антологиях – таких как «Самая страшная книга 2016», «Истории Ворона», «Здесь, у зеркала».

Алексей Шолоховдолгое время писал под коллективным псевдонимом «Александр Варго», но также выпустил несколько книг, включая пару авторских сборников, под собственными именем и фамилией. Рассказ «Обуза» нам кажется одним из лучших и наиболее личных творений автора.