Книга Иллюзионист. Иногда искусство заставляет идти на преступление, а иногда преступление – это искусство…, страница 43 – Анастасия Щетинина, Вера Прокопчук, Елена Щетинина, и др.

– Неужели?!

– Роза собиралась подарить музею несколько картин. Ей всегда была не чужда благотворительность. Но! Когда этот жлоб приехал сюда, то первым делом кинулся осматривать стены. А не увидев картин, пришел в ярость! За эти картины и десятка миллионов не дадут, я видела оценочные документы. Но ему так было жаль этих копеек, что он решился закатить скандал. Скажете, не сволочь?!

– Вы слышали, о чем они говорили?

– Контекст был понятен. Олег сказал, что без его согласия она не вынесет из этого дома ни одного полотна. А Роза ответила: я прослежу за тем, чтобы никто из моей семьи больше их не увидел.

– А где сейчас эти картины? Те, что она сняла со стен.

– В гостевой. Прислуга может показать.

Гостевая оказалась одной из трех комнат в остроконечной башне. По ее окружности в ровную линию было расставлено пять мольбертов. Три картины оказались портретами, а на двух других были изображены девушки, занятые сбором цветов. Гордеев сфотографировал картины, и с каждого полотна на следователя смотрели выразительные голубые глаза.

Спустя три дня по крышам московских домов все так же моросил мелкий назойливый дождь. Гражданская панихида началась в десять часов. Черная толпа под куполом мокрых зонтов заполонила ступени Большого театра. Вход охранял конвой, пустив сначала только семью, друзей и сотрудников театра. Скорбные речи затянулись. Министр культуры подготовила выступление на два листа, потом зачитывали телеграмму президента. В конце прощальной церемонии на сцену поднялся оркестр. Гроб подняли, и под звуки виолончелей Крылаева в последний раз покинула ступени театра под бурные аплодисменты толпы.

Гордеев смотрел трансляцию церемонии, пролистывая отчеты медэкспертов и свои недавние заметки. С того момента как он переступил порог этого странного дома, главными подозреваемыми он считал шестерых родственников. Всех, кто претендовал на немалое наследство. Но, как оказалось, покойная уже давно завещала имущество своим родным в равных долях и больше не поднимала с нотариусом эту тему.

К тому же, полученная запись с камеры соседнего дома, в обзор которой попадал край веранды, доказывала, что смерть произошла в результате несчастного случая.

Гордеев просматривал ее много раз, словно пытаясь уловить что-то новое, но так и не смог. Все заняло не больше половины минуты. Крылаева выбежала на веранду, шатаясь и держась за горло. Она наворачивала круги, размахивая левой рукой, словно пытаясь отогнать или поймать кого-то, а затем у нее подвернулся каблук.

Консультантом Розы, к которому она ездила в день своей смерти, оказалась Луиза Косан. Гадалка, эзотерическая контора которой расположилась в жилой квартире в Щиповском переулке. За последние два месяца Роза ездила туда как минимум четыре раза. Тем не менее гадалка оказалась чиста. Ни судимостей, ни приводов. Открытое ИП на продажу товаров собственного производства и магазин магического барахла.

Поминки были назначены в три. Он собрал бумаги и снова поехал в «Гранат», надеясь увидеть что-то, что мог упустить.

В саду выключили фонтан, а с террасы убрали гирлянды. В гостиной уже был накрыт стол на двадцать персон. По комнатам молчаливо суетилась прислуга. Гордеев поднялся в башню, но обнаружил там только пустые мольберты и завешанные белой тканью зеркала.