Книга Феи Гант-Дорвенского леса, страница 57 – Марина Беляева

— Ну ладно, не отвечай, — пожала плечами Тилли. — Мне-то что.

Они замолчали. Кейтилин периодически всхлипывала и тыльной стороной ладони вытирала слёзы, а Тилли теребила дырявую юбку и не знала, что нужно говорить в таких неловких ситуациях. Феи шелестели листьями, разговаривали друг с другом, смеялись, и всё это незаметно вплеталось в музыку леса — с пением птиц, карканьем ворон, хрустом веток и прочими звуками, наполнявшими Гант-Дорвенский лес жизнью.

И ни одного признака погони. Ни затаившихся хихикающих фир-дарригов, ни злого бульканья фочанов, ничего. Только покой, умиротворение и повисшая в наполненном запахами воздухе неловкость.

— Извини, — ещё раз произнесла Тилли.

— Ничего, — тихо ответила Кейтилин.

— Это… ты не бесполезная. Хотя ты мне и не нравишься.

Кейтилин повернула голову набок. Тилли была бы рада заметить в её глазах надежду, или радость, или что-то такое, но во взгляде златоволосой несносной девчонки были только грусть и покорность. И это заставляло Тилли чувствовать себя… неправильно.

— Правда? — тихонько спросила Кейтилин.

— Ага, — сказала Тилли. — И не только из-за пирожных. Ещё из-за одеяла.

— Это хорошо.

— Угу.

Они вновь замолчали, правда, теперь уже не так неловко, как несколько минут до того. И песни фей теперь не казались Тилли такими невыносимыми.

— Вечереет, — неожиданно произнесла Кейтилин, и Тилли только сейчас заметила, что всё вокруг стало бледно-синим. — Надо ночлег искать.

— Ага, — негромко согласилась Тилли, и тут её как будто ударило обухом по голове. Она резко повернулась к подруге и внимательно стала изучать её одежду. Кейтилин хотела её спросить, что с ней не так, когда Тилли радостно воскликнула:

— Слушай, у тебя же рукава не спалены!

Кейтилин тут же подняла свои руки и начала их рассматривать: помимо старых ожогов от прикосновения Тилли, на её одежде в самом деле не было никаких подпалин. Ни на животе, ни на локтях, ни в других местах, куда её колотила Тилли.

— И в самом деле, — произнесла она. — Может быть, это заклинание спадает? Как думаешь, Тилли?

Девочка радостно улыбалась, но затем постепенно её улыбка сходила на нет.

— Вовсе не из-за этого, — наконец произнесла она. — Просто ты мне не помогала. Мы с тобой подрались, и из-за этого, видимо…

— А ты оставляешь ожоги только тем, кто тебе помогает? — спросила Кейтилин, и Тилли ущипнула саму себя: вот дуреха, прокололась на такой ерунде! — Ты мне об этом не говорила.

— Потому и не говорила, — ответила Тилли, опуская взгляд. В эту минуту ей хотелось лечь на землю и умереть. — Так мне Паучий Король сказал. И я тебе говорила! Ну, чтобы ты проваливала. Помнишь, когда встретились?

— Про «проваливай» я помню, — кивнула Кейтилин. — А про проклятье ни слова. Ну ладно, это уже не так важно, всё равно вместе идём. Найдём ночлег, и вот тогда я врежу тебе от души!

После этих слов Тилли с благодарностью взглянула на свою спутницу, понимая, что её простили, раз даже такая девчонка, как Кейтилин, сказала ей, что врежет. Хотя это, как она говорит, «ужасно невоспитанно».

— Ага, давай, — кивнула она. — Я тебе даже отвечать не буду, честно-честно!

И они двинулись вперёд, не ориентируясь по сторонам света и не высматривая берёзы вдали. Воздух и деревья становились все синее и синее, некоторые феи начинали светиться оранжевыми, зелёными, золотыми, голубыми и белыми огоньками, некоторые только просыпались и расправляли свои крылышки и лапки, и почти всё заинтересованно смотрели вслед Тилли и Кейтилин.