Онлайн книга «Феи Гант-Дорвенского леса»
|
— Иду, — негромко произнесла она. Им повезло развести костёр до того, как тьма окончательно спустилась на землю. Кейтилин оказалась очень шустрой и находчивой, и даже сумела собрать хвороста больше, чем Тилли. Это заставило девочку обидеться, но, немного подумав, Тилли решила сменить гнев на милость — тем лучше, и так они скорее лягут спать. Да и вообще глупо обижаться на такую ерунду, особенно после того, как Кейтилин с топором сражалась за её жизнь. Костёр весело полыхал на сухих листьях и согревал продрогших девочек. Пока Кейтилин молча смотрела на весело пляшущие языки пламени, похожие на танцующих фей, Тилли мрачно думала о том, что полный круг луны она, наверное, не выдержит. И если ей даже удастся каким-нибудь невероятным образом избежать коварства фир-дарригов, вездесущих березовых лап Гилли Ду, мстительных спригганов, ужасного дуэргара и прочих жителей Гант-Дорвенского леса, то она просто-напросто замерзнет в своей худой телогрейке. Осень с каждым днём всё решительнее заявляла о своих правах; и хотя в лесу было не так холодно, как в городе, всё-таки девочки спали на голой земле. А если пойдёт снег? Такое же иногда бывает, что снег падает слишком рано. Что же им делать тогда? Ох, лучше бы об этом и не думать. — Ты носом клюешь, — вдруг раздался голос Кейтилин, и Тилли словно очнулась. — Может, ты ляжешь спать? — Да, — негромко ответила Тилли. — Да, я лягу. Эти дни выдались слишком тяжелыми для неё — и кто знает, что будет дальше. Ничего хорошего её точно не ждёт, и разница лишь в том, как быстро она умрёт и не утащит ли за собой своих родных. Эти мысли не оставляли Тилли ни на секунду: просто в какой-то момент забивались в самые глубины её души, милостиво уступая место насущным проблемам и сиюминутным радостям, чтобы потом, как вонючий дракон, выползти вновь и полностью подчинить себе бедняжку Тилли. Девочка вспомнила маму, с её тихой и покорной улыбкой, с грязной повязкой на лице, вспомнила Жоанну — такую взрослую, сильную и красивую… Одно лишь помогает в этом случае: просто ни о чём не думать. И ложиться спать, как будто бы ничего и не произошло. — Спокойной ночи, — вновь Тилли услышала голос Кейтилин. — Ты не хочешь поесть перед сном? Тилли вдруг поняла, что за весь день она не съела ни крошки. Но она вспомнила пирожные, которые с таким наслаждением отправляла в свой собственный рот, что родившееся чувство голода тут же исчезло. — Я потом, — вяло ответила она. — Не хочу с полным брюхом засыпать, а то ты меня потом не разбудишь. — Как знаешь, — неуверенно сказала Кейтилин, и Тилли слышала в её голосе легкое недовольство. Впрочем, златовласка, кажется, была слишком воспитанной, чтобы заставлять свою новую подругу что-то делать. — Тогда точно спокойной ночи. Тилли замолчала. Лишь спустя какое-то время, когда Кейтилин снимала с обгорелой палочки вкусный хрустящий хлеб, со стороны растянувшегося на листьях тела Тилли раздалось мрачное: — И тебе спокойной ночи. Кейтилин удивилась этому, но внутренне порадовалась, что, оказывается, эта грубая девочка не такая уж и неблагодарная, как ей казалось. А Тилли сгорала от стыда, засыпая: могла и промолчать, на самом-то деле, звучало бы совсем не так глупо, как это было сейчас… * * * — …мои бедные, милые детки. Как же неразумно вы поступили. |