Онлайн книга «Зеркало Архимеда»
|
Секретарша взглянула на листок, который показала ей старшая женщина, и продиктовала нотариусу адрес — самый удаленный конец города… — Ладно, еду туда… тогда, Зоя Робертовна, все остальные встречи на сегодня отмените! — Само собой… Без пяти десять Лена Голубева вошла в приемную нотариуса Ганюшкина. Секретарь нотариуса, та самая злобная мегера, с которой Лене уже пришлось столкнуться, сидела на своем обычном месте. И лицо ее было такое же, как обычно — такое, как будто секретарша страстно ненавидела все население земного шара, в особенности же — клиентов нотариальной конторы. Однако при появлении Лены с ее лицом произошла какая-то удивительная метаморфоза. На ее лице проступило некое подобие улыбки. Лев Толстой написал где-то, что красивые люди — это те, кого улыбка делает лучше, а некрасивые — те, кого улыбка портит. По этой классификации секретарша нотариуса Ганюшкина была чрезвычайно некрасива, поскольку улыбка сделала ее похожей на голодную гиену, которая очень долго ждала, пока львы ели антилопу, и наконец увидела, что они насытились и ушли, и на антилопе осталось достаточно мяса. — Здрассьте! — проговорила эта гиена, безуспешно попытавшись сделать свой голос приветливым. — А Евгений Георгиевич вас уже ждет! Заходите к нему в кабинет! Лена шагнула было к кабинету, но на полпути остановилась. Эта странная улыбка и фальшиво-приветливая интонация мегеры насторожили ее. Чем они объясняются? Ведь говорил же ей нотариус, и сама она в прошлый раз отметила, что эта самая Зоя Робертовна со всеми посетителями обращается отвратительно, и он, Ганюшкин, не может придумать, как от нее избавиться. Так с какого перепуга эта зараза так перед ней расстилается? Лена твердо знала теперь, что доверять нельзя никому. Она еще раз взглянула на секретаршу и увидела приколотую на воротник брошку — крошечную стеклянную колбочку, в которую был вставлен цветок. Может быть, мегера влюбилась? Да нет, скорее влюбится каменная кариатида, подпирающая балкон… Может быть, она поняла, что своим хамством отпугивает клиентов и тем самым вредит работе своего шефа? Ой, не смешите меня! Она давно уже здесь работает — и до сих пор не делала никаких, даже самых робких попыток изменить свое поведение, не переставала хамить посетителям… Нет, что-то здесь не то! А Зоя Робертовна привстала со своего места и делала пассы руками в сторону кабинета, и повторяла своим змеиным голосом, который она безуспешно пыталась сделать приятным: — Заходите в кабинет, заходите! «Что-то уж очень она хочет, чтобы я вошла в кабинет, — подумала Лена. — Подозрительно это…» Она попятилась и проговорила виноватым, смущенным тоном: — Ох, извините, а можно я сперва воспользуюсь вашим туалетом? Мегера буквально перекосилась от разочарования, но не посмела возразить. С кислым выражением лица она протянула: — Да, конечно, идите… это вон там, слева по коридору… Лена прошла в указанном направлении, однако, завернув за угол, не пошла в туалет, а остановилась. Она сообразила, что при помощи зеркальца можно заглянуть за угол и подсмотреть, что делает вредная секретарша, когда считает, что Лена не видит ее. Лена достала пудреницу — ту самую, которую она прихватила на подоконнике в лесной избушке, открыла ее и выставила за угол, так чтобы увидеть в зеркале мегеру. |