Онлайн книга «Зеркало Архимеда»
|
— Вы так и не ответили на мой вопрос. Кто вы такой? И каков ваш собственный интерес в этом деле? Только не говорите мне, что вы — борец за мировую справедливость. — Не собираюсь. — Так кто же вы? — Вообще-то я предпочитаю не афишировать свою профессию. Она у некоторых вызывает… неприятие. — Но все же. Я настаиваю. — Вообще-то я выполняю заказы. — Заказы? Какие именно. — Ну вы понимаете… довольно специфические заказы. Кому-то мешает жить свекровь, кому-то — конкурент… ну в таких случаях обращаются к людям моей профессии. — То есть вы — наемный убийца? — Ну, зачем так грубо… можно назвать меня хотя бы специалистом по устранению. — Не вижу разницы! Так все же какой у вас интерес в этом деле? — Вы ведь — бизнес-вумен, и вам хорошо знакомо понятие конкуренции… — Разумеется. — Ну так в нашей профессии тоже существует конкуренция, и очень жесткая. Мне удалось узнать, что моему… конкуренту заказали вас. Ну я и подумал, что было бы неплохо… — Помешать конкуренту? — А почему бы и нет? — И что вы предлагаете мне? — Ну, как минимум я могу помешать вашему устранению. А как максимум — поступить по принципу «око за око». — То есть… я вас правильно поняла? Вы хотите предложить… устранить моего мужа? — Ну разумеется, решать вам. Женщина замолчала, глядя перед собой. В ее лице что-то неуловимо менялось. — Черт знает что! Это черт знает что! — Надежда Васильевна почувствовала себя во власти сильнейшего неуправляемого гнева. Она поерзала на сиденье, снова попыталась открыть дверцу, но та оставалась заблокированной. — Я дала ему все! Надежда Васильевна по природе была женщиной сдержанной, то есть умела управлять своими эмоциями, но сейчас слова вдруг полились из нее неудержимым потоком. — Я нашла его в какой-то ничтожной фирмочке, он прозябал там на крошечную зарплату. Я дала ему все — деньги, машину, положение. Он говорил, что творческий человек, оттого и не получалось у него с работой. Он не может быть как все, ему нужен простор для настоящего творчества, он фотограф с большой буквы. Он не может снимать женихов и невест на шумных вульгарных свадьбах, не может крутиться на детских праздниках в пестром клоунском наряде и с гроздью воздушных шаров, привязанных к заднице, он — творческая личность, он должен ходить по городу и упорно искать свои темы… Он видит, как солнце отражается в лужах после весеннего дождя, как радуга выступает на небе, как мальчишки прыгают в речку с деревянного моста… О, что он умел хорошо делать, так это говорить. Он говорил и говорил, и глаза его то горели, то смотрели вдаль. Еще он брал меня за руку и заглядывал в лицо своим фирменным, специальным, фотографическим, как он говорил, взглядом. Он говорил, что не занимается портретной фотографией, но для меня он сделает исключение… Надежда Васильевна споткнулась на полуслове и покачала головой, медленно приходя в себя. Затем продолжала своим обычным, только слегка повышенным голосом: — Я дала ему эти самые возможности, я купила ему студию, и вот чем он занимается в этой студии! — Она швырнула на пол машины пачку фотографий и растоптала их ногой. — Мерзавец, наглый мерзавец и отвратительный врун! Водитель выслушал ее слова без всяких комментариев, дал ей выговориться, после чего сказал: — Мы уже приехали. Если не возражаете, мы можем подняться в ваш офис и там, в спокойной обстановке, более подробно обсудить наши дальнейшие действия… |