Книга Девочка Красная Тапочка, страница 55 – Дарья Донцова

Официант поставил перед старушкой второе.

– О! О! О! – восхитилась вдова. – Киевская котлетка! Сто лет ее не пробовала!

Пожилая дама принялась расправляться с едой, но говорить не перестала.

– Дамочки отлично зарабатывали. Да еще дядя Петя каждой что-то хорошее сделал. Кого на учебу пристроил, кого на работу, кому жениха отличного подыскал! Как он ухитрялся все проделать? Не знаю. Связи у свекра были высокие! Во многих кабинетах его с распростертыми объятиями принимали. А тем бабам, что не один год работали, он квартиры сделал. Таких двое было. А уж Галя! Та столько от него получила! Но она особый случай. Звезда! Лучшая! Но противная! Вредная! Уникальная красавица. Будущие отцы как только ее фото видели, на другие не смотрели. Дети у нее все в мать, даже если мальчик. Внешне хороши так, что хоть на выставку их вези. Вот она каждый год беременела, очень деньги любила. Свекор ей биографию придумал: Галя якобы дочь дипломата и француженки. Родилась в Париже. О связи ее отца с иностранкой узнали, мужчину отправили в Москву, где он вскоре умер. И мать Галины скончалась. Правды в этой сказке ноль. Не было дипломата и Парижа. Изба в Подмосковье – вот ее родина. Но хороша бестия была так, что глаз не оторвать! Дядя Петя ей любые закидоны прощал. Все взбрыки не замечал! Думаю, что у них что-то было. А почему нет? Врач человек, жена его бросила, в Москву не вернулась. Не монахом же жить. Наверное, у него были дамочки, но про личную жизнь старшего Ганзуэмана я ничего не знаю. Зато про работу многое. Эта Галина!!!

Виктория выдернула из держателя бумажную салфетку.

– Она очень-очень любила деньги. Приехала в Москву в семнадцать лет из захолустья, названия деревни не помню. Хотела поступить в вуз. Угадайте в какой?

– Театральный? – предположила я.

– Почти угадали. Считала себя гениальной, решила стать киноактрисой, – засмеялась бабка, – приемная комиссия ее красоту оценила. А потом пришло разочарование. Абитуриентка петь не умеет, музыкального слуха нет. Талант к лицедейству начисто отсутствует. И дали ей от ворот поворот. Устроилась девица в официантки, в пивную. Там мужики за нее передрались!

Виктория махнула рукой.

– И стала профурсетка из постели в постель прыгать. Вот тут и открылся ее главный талант. В койке девке равных не было! Да на беду дети получались мигом. Кто уж дал гетере адрес Петра Рудольфовича, не знаю, но Галина стала его номером один. Безотказно работала! Девочка Красная Тапочка!

– Кто? – засмеялась я.

– Девочка Красная Тапочка, – повторила Виктория. – Когда ее впервые старший Ганзуэман увидел, он дар речи потерял. Ему про юницу, которая на аборт как на работу ходит, один врач нашептал. Сообщил адрес, где с девушкой поговорить можно. Петр туда поехал. Представьте картину. Окраина Москвы. Завод. Неподалеку от проходной дешевая пивнушка. Небольшой зал, круглые столики, люди пьют стоя, стучат воблой о столешницы. Дым сигарет. Шум, гам, нецензурная брань. И вдруг возникает тишина. Почему? В зал из служебного помещения вышла девушка с подносом, на котором теснятся кружки из толстого граненого стекла, наполненные пенным напитком. Но все молча смотрят не на пиво, а на официантку. На ней короткая кофта голубого цвета с нескромным вырезом, алая кожаная мини-юбка длиной с ладонь. Затейливо уложенные локоны, огромные глаза, губы, которые сейчас заказывают у косметологов, идеально прямая спина, талия такая, словно корсет слишком сильно затянули, величавая походка царицы, гордо поднятая голова, взгляд говорит: «Лучше не подходи, я не такая» – и… красные домашние тапочки на ступнях неправдоподобно длинных стройных ног. Сейчас бы их обладательницу заклеймили в соцсетях позором за откровенный фотошоп. Но в те времена о таком звере никто понятия не имел. Петр сразу понял: вот эта девушка может стать звездой его бизнеса. Так и случилось. За нежную любовь к удобным тапкам цвета спелых помидоров Ганзуэман называл Галину – девочка Красная Тапочка. После смерти Петра сын унаследовал бизнес отца и все его «контейнеры». В команде Иосифа были те, кто работал один раз и более не возвращался к суррогатному материнству. И «долгоиграющие» женщины, они произвели на свет трех-четырех младенцев. Особняком стояла Галина, у той между беременностями проходило четыре-пять месяцев. И никогда никаких проблем с заказчиками. Все были довольны, преподносили Гале подарки, говорили: «Если надо что, звони, не стесняйся, всегда поможем!» Ну и получала она всем на зависть, квартиру ей подарили! Денег много не только от Ганзуэмана, что старшего, что младшего, поимела. Клиенты сами еще конвертик вручали. Украшения ей покупали. Дядя Петя своей чемпионке лучших заказчиков приводил. Директора рынка. Депутата. Актера известного. Начальника таксопарка. Всех она обслужила, всем родила. Муж никогда с «контейнерами» не забавлялся. Брезговал. Держал их за проституток, говорил мне: «Понимаю, кое-кого жизнь так стукнет, что от безнадеги согласится чужого ребенка родить. И что тут сказать? А нечего. Ладно, во второй раз забеременела, потому что не все проблемы решила. Но когда и жилье уже есть, и даже дача, а баба все равно рожает на заказ, то это уже другое дело. Не от бедности работает. От жадности и любви к искусству».