Книга Витязь в розовых штанах, страница 32 – Дарья Донцова

– По какой причине сразу не села в машину, не уехала? – чуть сердито осведомился Макс.

– Бросить явно больного старика одного? – задала я свой вопрос в ответ. – И он так просил зайти к нему в гости, чуть не плакал. Пожалела его, подумала, наверное, где-то рядом деревенька, провожу его до избы, позвоню тебе. Если не совсем адекватный старик живет один, надо ему помочь. Ну и он местный, может рассказать, кто в доме за забором обитает.

– Доверять информации от такого источника не следует, – заметил Макс.

– Верно, – согласилась я. – Но в селе живут люди, или у старика есть семья. Вдруг соседи или родные что-то знают. Учитывая, что привела дедушку в село, все со мной по-хорошему побеседовали бы. Двух зайцев одним выстрелом уложила бы. И дедушке помогла бы, и кой-чего разузнала. Но когда он вытащил хлеб, бутылку…

Я замолчала.

– Так и не понял, что тебя взбудоражило? – сдвинул брови муж.

– Я сделала несколько глотков, а потом увидела этикетку, «Эвиан». Понимаешь?

– Нет, – честно ответил муж.

– Это вода из Франции. Когда ее поставляют в Россию, название не меняют, но все сведения на таре исключительно на русском языке. На тех бутылках, которые продаются у нас, название «Эвиан» написано кириллицей. На той же этикетке латинские буквы. Да, в Москве можно найти вариант прямо из Парижа. Продается он в дьюти-фри, в магазинах «Гурман Москвы», подается в самолетах на рейсах из Франции. Кто-то мог взять бутылку, положить в портфель, привезти домой. Но! «Эвиан» в России стоит дорого. Выбор питьевой воды в Москве огромен. Вряд ли больной бедный старик позволит себе отдать гору денег за воду из Парижа! И где ему найти французский «Эвиан»? Посетить дорогущий «Гурман Москвы»? Это уж совсем нереальное предположение.

– Если пенсионер обитает не один, то кто-то из его родных мог принести домой воду, – сказал Макс.

– Согласна, – кивнула я, – такая же мысль пришла и в мою голову. Но! Носки дедушки!

– Носки? – переспросил Вульф.

– Старик одет почти как бомж. Старые, местами рваные тренировочные штаны, да еще заляпанные кое-где краской. Ветровка, которую относила пара поколений мужчин, под ней футболка, застиранная до такой степени, что не понять, какого она изначально была цвета. Наряд не вызвал у меня удивления. Деревенские пенсионеры в массе своей небогаты, в лес они ходят не в лучшей одежде, натягивают, что не жаль порвать, загрязнить. Кроссовки у дедули дышат на ладан. Но! Когда мы сели на поваленное дерево, я увидела, что брючины спортивных штанов задрались, показались носки, на их резинке вышит медведь. Тебе это ни о чем не говорит?

– Сам такие ношу, – откликнулся Вульф. – М-да.

– Ты можешь себе дорогое белье позволить, – улыбнулась я, – владеешь успешным детективным агентством, зарабатываешь очень хорошо. Но откуда у сельского пенсионера носочки стоимостью больше десяти тысяч за пару? Между прочим, они из новой коллекции! Медведь на них в красном берете! Прошлой осенью он щеголял в желтой соломенной шляпе.

– Ну… – протянул Макс.

– Старичок протянул мне кусок хлеба, заныл: «Ну хоть разок кусни». Пришлось выполнить просьбу. Наклонилась к его руке и ощутила знакомый запах. Удивилась. Пальцы дедушки, в которых он держал около моего лица хлеб, благоухали ароматом табака для трубок. Это тоже весьма дорогое удовольствие. Вовка такой любит, но он не считает копейки, не живет на пенсию. Трубкой балуется один раз в день, вечером. Приедет домой, сядет на веранде и попыхивает. До нас дым долетает, аромат – ваниль с медом… Следует ли мне еще раз задать вопрос, откуда у сельского пенсионера табачок по цене в пару к его носочкам? Сложила вместе все, что увидела, унюхала, подалась в кусты, удрала. Повезло, что вышла к своей машине, но дорога назад превратилась в мучение. Останавливалась на каждой бензоколонке, бегала в туалет. Один раз пришлось прямо на трассе встать и в лес галопом нестись. До сих пор со мной такой диареи не случалось. Почему она началась? Вода плохая в бутылке? Кусок хлеба испорчен?