Книга Малютка Интрига, страница 27 – Дарья Донцова

– Не всякий дорос до понимания моей авторской методики, у некоторых не хватает ни ума, ни образования, чтобы оценить полет фантазии гения.

Хотите обычную прическу? Никогда не обращайтесь к парикмахеру, который именует себя художником.

Кстати, Нина сейчас походила на Маргариту. У нее копна длинных, правда очень темных волос. Карие глаза с ресницами-заборами. И женщина щедро использует тональный крем цвета загара, синие и белые тени, пудру. Брови у нее – как заросли темно-коричневого бамбука, помада цвета «бордовый пион вырви-глаз».

– Надевайте носочки, брючки, – засюсюкала Нина. – Дать рожок для обуви?

Я кое-как впихнула ступни в угги и поняла, что ногтям тесно. Понимаю, слова «ногтям тесно» звучат странно, но иначе не сказать.

– Давайте перекусим где-нибудь? – предложила я. – Хочется поблагодарить вас за прекрасную работу.

– Спасибо, – смутилась Нина.

Я демонстративно открыла кошелек, вынула из него несколько купюр, положила их на небольшой столик и повторила:

– Давайте перекусим. Все равно салон закрывается.

Маникюрша быстро спрятала деньги.

– В соседнем доме есть кафе, там итальянская кухня.

– Отлично, – обрадовалась я, – пойдемте.

– Вам надо оплатить услугу, – напомнила мастер, – отведу вас в кассу.

Когда милая девушка протянула счет, я опять потеряла дар речи, но ведь вручать кредитку кассиру можно молча.

Когда мы переместились в кафе, Нина защебетала:

– Любите креветки?

– Не очень, – призналась я, – лучше просто рыбу.

Некоторое время мы обсуждали меню, потом официант ушел. Я вынула из сумочки удостоверение и показала его спутнице.

– Частное детективное агентство, – прошептала Нина. – Вас Олеся наняла? Ей постоянно чудится, что мастера обманывают салон.

– Как это можно сделать, если имеется прейскурант? – удивилась я и взяла из корзиночки кусок фокаччи.

– Элементарно, – начала вводить меня в курс дела Нина. – Приходит кто-то из близких, свой совсем. Я указываю в чеке: простой маникюр-педикюр, без всяких прибамбасов. А на самом деле обслуживаю полным пакетом – массаж ручек, пилинг, кремики всякие, гель-лак! За эти услуги человек лично мне платит, и не по ценам салона. Олеся обнаглела по полной программе, так чек задрала, что перед некоторыми посетителями стыдно. Но даже если клиент из богатеньких – многих из них тоже коробит отдавать за покрытие обычным лаком бешеные тысячи. Я Игнатовой прямо сказала: «Что за бред? Растеряем клиентуру». Она меня сразу унизила: «Не твое дело. Новые цены согласованы с Вадимом». Набрехала! Кострову плевать на наше заведение, у него другой масштаб бизнеса. Олеся боится, что ее выпнут вон. Ну, я и нашла выход. Свои, любимые, те, кто постоянно, не один год ко мне ходят, в кассе платят по минимуму. А обслуживаю я их по максимуму. Мои клиенты рта не откроют, у нас отличные отношения. И невыгодно им мастера сдавать. Ну, уволят меня, и что? Придется им тогда по полной программе кошельком трясти. Какая рыба красивая!

Я тоже посмотрела на блюдо, которое официант водрузил в центр стола.

– Выглядит замечательно!

– Тут очень вкусно, – вздохнула спутница, – но дорого. Меня сюда один раз привел мужчина, с которым роман начинался. Потом его одна тварь отбила! А теперь салон на неделю закрыли! У меня ипотека! Понимаете?

– Вдруг в помещении инфекция? – подлила я масла в огонь. – Может, Олеся права?