Книга Полезный третий лишний, страница 24 – Галина Владимировна Романова

— Ты лучший мастер, Люба! — восхищенно благодарила ее Клава, расплачиваясь. — Да, забыла спросить… А Наташа Ягушева ни с кем из мужчин в Баранках не мутила?

Люба минуту ее рассматривала, а потом расхохоталась.

— Мне тут мутить не с кем, Клава! А Наташке тем более. Она же молодая была, очень интересная. С Толиком, что ли?

— А чем Толик плох? — Она убрала кошелек в свою большую сумку. — Кстати, чем закончилась их перепалка с матерью Наташи?

— Да ничем! Зажимались потом в кухне. Видел их кто-то. И жене донес. Ох, что там было!..

Что там было, Люба точно не знала. Но догадывалась. Толик не раз с расцарапанными щеками на людях появлялся. Жена Толика обладала неженской силой, и…

И это была еще одна стройная версия, которую Клава пока решила попридержать при себе. Пусть новое начальство само разбирается. Раз запретило ей соваться в Баранки.

Мария Сергеевна с блюдом пирогов стояла у ворот, дожидаясь его возвращения. Взгляд, которым она сверлила ему переносицу, был жестким и требовательным. Ясно. Не отвяжется. К пирогам прилагалось ее присутствие за его столом. И спорить бесполезно. Тут еще и Бэлла мотала хвостом так, что мух тревожила в радиусе десяти метров.

— Заходим, Мария Сергеевна! — Вежливо улыбаясь, Новиков открыл узкую дверь рядом с воротами. — Будем пить чай.

Вообще-то ему сейчас больше всего хотелось принять душ, развалиться на широком диване и подремать минут сорок. А потом уже погулять с собакой: он решил, что станет ее выгуливать по улицам городка. Польза, на его взгляд, двойная. И Бэлла разминается. И он людей наблюдает, обживается.

И уже после прогулки с собакой посидеть и подумать. Систематизировать все, что сегодня он увидел и услышал в деревне Баранки.

И тут Мария Сергеевна! С пирогами! Ну не гнать же ее. Тем более что пироги пахли так, что он тут же понял, что проголодался. Его, конечно, пытались накормить почти в каждом доме, куда он заходил с вопросами, но Новиков отказывался.

— Вы присаживайтесь, Александр Иванович, я сама накрою. Устали наверняка. А мне что будет? Я пенсионерка. Целыми днями свободна, — сразу засуетилась Говорова на его кухне.

Он был ей немного признателен за предложение. И, усевшись на хозяйское место за обеденным столом, тут же принялся поглаживать Бэллу по голове. Она с чего-то сразу уложила ее на его колени. Привычка, видимо, выработана была со старым хозяином. Он не возражал. Собака ему не докучала, была аккуратной, тихой и воспитанной. И хотя у него никогда не имелось домашних животных, к этой белобрысой собаке он привязался с первых дней.

— Каким делом сейчас занимаетесь, Александр Иванович? — как бы мимоходом спросила соседка, ставя перед ним большую кружку с горячим чаем и пододвигая блюдо с пирогами ближе. — Слышала, в Баранках трагедия?

— Да, — ответил он кратко, схватил пирог и принялся жевать.

Он немного сердился, потому что не хотел навязанной дружбы, не желал никаких обсуждений текущих дел. И мзды за криминальные новости в виде пирогов не желал тоже.

— Странная деревня, — не обращая внимания на его скупой ответ, продолжила говорить соседка, — какое-то средоточие зла! Сначала погибает молодая красивая девушка, жена вашего предшественника. Погибает страшно! И ее смерть обставляют как ритуал. Зачем? Ответ непонятен. Теперь вот еще одну девушку убили. И опять зверски. И снова обставив как-то варварски. Вы не находите?