Книга Полезный третий лишний, страница 44 – Галина Владимировна Романова

Худоногов, прежде чем встать, обулся. Дорогие мокасины тонкой кожи вернулись на его ступни.

— Ты, смотрю, неплохо устроился, — скривился он в фальшивой улыбке, протягивая ему руку и кивая в спину Говоровой. — Еду тебе готовят.

— Инициатива гражданки хорошо оплачивается. — Сумму, которую он вчера выплатил Марии Сергеевне и от которой она испуганно отмахивалась, не назвал. — Какими судьбами? Командировка?

Они вяло пожали друг другу руки. Худоногов, не ответив, снова сел. Занял, между прочим, Сашино кресло. Минуту они рассматривали друг друга в упор: недобро смотрели, с невысказанной претензией. Наконец Виталий нарушил тишину.

— Где она? — спросил он и сжал губы тонкой линией.

— Кто?

— Не придуривайся! — повысил он голос. — Я о Соне!

— О Соне? — изумленно выгнул брови Новиков. — Так ты вот здесь зачем, а я подумал… Ты Соню приехал у меня искать? С какой стати? Мы развелись. Она теперь с тобой. Ты чего, полковник?

Видимо, Сашино удивление впечатлило бывшего друга. Он как-то сразу ему поверил. Сгорбился, уронив локти на колени, и глухо произнес:

— Она пропала.

— В смысле — пропала?! — встревожился Саша.

— Нет, не в том смысле, что исчезла, похитили и все такое… Она сбежала от меня, Новиков!

— И ты подумал, что ко мне?

Честно? Саша сейчас не испытывал ничего, кроме странной жалости к бывшему другу. Так настойчиво и коварно добиваться чужой жены и остаться ни с чем.

— Да, я подумал, что она поехала к тебе! А почему я не должен так думать, если она звонит тебе?! — со странным присвистом заговорил Худоногов. — Ты уехал так далеко, как только можно было! А она… Она продолжает тебя помнить! Вот почему она звонит тебе? Почему? Она же обещала…

Саша молчал. Оправдываться не собирался. Тем более перед человеком, который так вероломно его предал.

— Откуда ты узнал, что она мне звонила? Слушаешь ее телефон?

По тому, как дернул шеей Худоногов, Саша понял, что попал в точку.

— Она об этом узнала и не простила тебя? И ушла? — Новиков слегка склонился над столом в его сторону и со смешком поинтересовался: — Виталик, ты дурак? Соня любит иметь личное пространство. И тщательно его оберегает. Ты либо доверяешь ей, либо ты не с ней.

— Да! — закричал бывший друг. — Ты доверял — и что вышло?! Она предала тебя!

— С тобой.

— Да. Со мной. Но мог быть кто-то еще второй, третий, пятый. Не доверяй ветру в поле, бабе в воле! — закончил он запыхавшимся голосом.

Стало тихо. Саша молчал. Бэлла тоже, настороженно посматривая в сторону Худоногова. Тот выглядел очень подавленным. Пожалуй, Саша лучше держался, узнав о предательстве жены.

— Это мне в наказание за то, что предал тебя, Сашка, — выговорил он через силу и поднял покрасневшие глаза. — Прости меня, брат… Ни одна женщина не стоит мужской дружбы.

Саша молчал.

Дверь в дом распахнулась. На пороге стояла Говорова с кастрюлей чего-то, невозможно вкусно пахнущего.

— Помогайте мне, пожалуйста, мужчины.

Худоногов опередил Сашу, в два прыжка очутившись у крыльца. Подхватил кастрюлю, подставку под горячее, отнес все на стол. Потом вернулся за приборами, чашками. Пирог с клубничным вареньем Говорова принесла сама. Быстро накрыла на троих. Саша уже давно потребовал, чтобы она ужинала с ним вместе. Иначе грозился разорвать соглашение.

В кастрюле оказалась тушеная картошка с бараниной и овощами. И было это невозможно вкусно: и крупные рыхлые куски картошки, рассыпающиеся прямо на вилке, и большие ломти баранины с прилипшими к ним морковкой, луком, сельдереем.