Книга Завещание свергнутой королевы, страница 75 – Ольга Володарская

— А похоже, что ты наказываешь ее молчанием, потому что меня не можешь.

Он подошел к шахматной доске, на которой среди деревянных фигур стояла одна из слоновой кости. Та, что он купил для меня на блошином рынке Сухума.

— Ты мог бы высказать мне все по телефону.

— Узнав мой голос, ты бы бросила трубку.

— А ты бы перезвонил. От тебя не так легко отделаться.

— Ты права. Я хотел посмотреть на тебя. Спешу заметить, ты выглядишь ужасно.

Как будто я не знала. Седая, худая, неприбранная, я ходила по дому в старом свитере и стоптанных тапках. Мои всегда ухоженные ногти были обкусаны. На коже диатез, потому что я не ела ничего, кроме шоколада.

— Ты не просто проиграла. Я тебя уничтожил. Шах тебе, Королева!

С этими словами он опустил фигурку ферзя на бок.

Ради этого эффектного жеста и приходил. А до этого несколько раз прокручивал картинку в своем воображении. Мазуру было небезразлично, как он выглядит со стороны, а особенно как запоминается. Для меня он выбрал роль палача. Отыграв ее, ушел. На меня не взглянул, давая понять, что я больше для него не существую. Жаль, я не упала, чтобы он перешагнул через меня. Это ему бы больше понравилось!

Когда за Мазуром захлопнулась дверь, я убрала ферзя с доски. Нечего ему на ней делать. Королева больше не воюет.

Я поставила фигурку на самую верхнюю полку, а доску убрала. Позже я достану другую, с полным комплектом, и снова начну играть. Но сначала залижу раны в башне из одиночества.

На это ушло меньше времени, чем я думала. Спустя месяц я уже нормально выглядела, общалась с людьми. Я позвала в гости сестру с дочуркой, тех немногих друзей, что у меня остались, соседку Софочку. Именно она спросила у меня, когда я вернусь в большие шахматы. И я ответила:

— Никогда!

Мне никто не поверил, но окружающие не подозревали, как я тверда в своем решении. Когда Советский Союз рухнул и передо мной открылся целый мир, я отказалась от него. Мой сузился до размеров Москвы. В своем городе я принимала участие в турнирах, посещала шахматные клубы, набирала учеников, но, как считали многие, все это была мышиная возня. От меня ждали триумфа. Представители федерации зазывали меня к себе. Чтобы выманить из норы, заказывали статьи, то хвалебные, то разгромные. Я должны была либо возгордиться, либо разгневаться и всем доказать, что я все еще королева. Но я не реагировала, и от меня отстали.

С Кирой мы почти перестали общаться. То ли она обиделась на меня за то, что я когда-то отдалилась, то ли Эдик ей на меня наговорил, то ли ей не нравилось то, что я перестала к ним заходить, тогда и она решила меня не баловать визитами. Зато для Лолочки я стала не только любимой тетушкой, но лучшим другом. Может, еще и из-за этого Кира на меня сердилась?

Я напряглась, когда Лола вышла замуж за моего ученика Яшу. Знала, что она влюблена в другого, и не видела в Аскерове того, кто станет вышибающим клином. Так и получилось. В итоге моя племянница плохо кончила. Села за руль пьяной, попала в аварию…

Но об этом не хочу. Ни о чем уже не хочу… Устала от воспоминаний. Трагедия семьи Мазуров — не тайна. Лолочка впала в кому, Яша отключил ее от аппарата, Эдик его за это решил покарать и выпустил в него две пули, одна из которых убила Киру.

Моя сестра и племянница лежат сейчас в соседних могилах, на которых я была только в день похорон. Эдик — бог весть где. Он умер в тюрьме, а где его закопали, мне неинтересно.